Сайт Геннадия Мирошниченко

genmir2@yandex.ru или poetbrat@yandex.ru

Навигация в наших сайтах осуществляется через тематическое меню:

Общее содержание ресурсов Геннадия Мира

* Текущие новости

Содержание литературных страниц ресурсов Геннадия Мира

Конкурс поэзии и прозы "Любви все возрасты покорны"

* Поиск в ресурсах Геннадия Мира

* Доска Объявлений

* Наша музыка

* Правила оформления рукописей

* Мы готовы создать Вам сайт в составе нашего ресурса в разделах Поэзия или в разделе Проза

Служебные страницы:

* Рассылки новостей ресурсов Геннадия Мира

* Погода и курс валют

* Пожертвования

* Ссылки

* Наши кнопки

* RSS - новости

* "Критериальность" в портале ВОЗ

* RSS Портала ВОЗ

* Наши Конкурсы, Проекты, журналы и альманахи

* О содержании наших литературных Конкурсов и Проектов (Положения, Заявления, Альманахи). О нас, о важном

Для тех, кто хочет увидеть свои произведения в наших книгах

Наши Конкурсы - это прекрасная возможность публикации как в Интернете, так и, главное, - в выпускаемых нами в Антологии русской народной поэзии ХХI века и альманахе "Яснополянские Зори"

Призы победителям Конкурса - это дополнительная бесплатная публикация в наших книгах:

10 страниц бесплатной публикации дополнительно;

Все участники награждаются почётными Дипломами. Большинство участников становятся академиками Академии русской народной поэзии

Изданы и разосланы авторам наши новые книги:

* Альманах "Яснополянские зори-2014 (Том 3). Открыть текст

* Антология русской народной поэзии 21 века Том 5. Открыть текст

 

Альманах 2015-3. Литературный поэтический Конкурс - Любви все возрасты покорны - 2015-3 (поэзия и проза)

Положение о Конкурсе   * Альманах 2015-3  *  Альманах 2015-2  *  Скачать Заявление  *  Альманах 2015-1 (итоги подведены)

 

Стихи участников расположены в алфавитном порядке:

 

© Авторы по разделам.

© Составил Мирошниченко Г.Г., 2015

 

Содержание 

 

Поэзия

Алекс Владимир

Бегишева Юлия

Брагин Никита

Власенко Наталья

Вотинова Александра

Дар Светлана

Demen Keaper

Джафаров Заур

Дижур Ростислав

Кетова Ксения

Мамзелева Людмила

Матвеев Геннадий

Миллер Оля

Полежаева Людмила

Потапова Тамара

Селиванова Татьяна

Сергеева Татьяна

Трещёв Евгений

Уваров Анатолий

Черкашина Вера

 

Проза

 

 

Поэзия

 

 

Алекс Владимир

г. Ереван

 

 

МУНДИРЫ

 

Хороша картошка

в «мундирах»

с розоватым салом

и ржаным хлебом.

Это значит – мир.

Но когда души

 облачены в мундиры –

страшно,

страшно за всех:

за картошку

 в «мундирах»,

за людей

без мундиров,

за людей,

вынужденных носить постоянно

мундиры.

14.01.1981 г.

 

 

ЕРЕВАН: ДЕВЯНОСТЫЕ ГОДЫ

 

                      1

Двадцатый век все не сдавался,

Он жаждал крови, пота, слез.

Под вихри дьявольского вальса

Ломал саму структуру грез…

 

Народ стоял единой грудью,

Сплотившись, стал непобедим.

И было больно, было трудно

Глотать войны угарный дым…

 

Казалось, время слилось в зиму.

И вот уже который год

Смеялся все невыносимей

Ее растянутый аккорд.

 

Больной земли касалось небо

Клубами черных, грязных туч,

Выл ветер жутко и свирепо,

Грозясь устроить новый путч.

 

                      2

По всей стране гуляла вьюга.

Стояла вечная зима.

Народ цеплялся друг за друга,

Чтоб не сойти вконец с ума.

 

И были грустными улыбки,

И были снежными цветы,

И были шатки, были зыбки

Перезабытые мечты.

 

Обледенелая блокада.

Тела погибших сыновей.

Волос седеющие пряди

Убитых горем матерей.

 

И перемерзшая картошка,

Океросиненная тьма,

И еженощная пороша,

Насквозь прозябшие дома.

 

Параличом разбитый транспорт,

Вязанки сучьев и ветвей,

И пеший ход в морозном трансе

Худых безропотных людей.

 

Печаль и стужа тут и там,

О, Пресвятая Мариам!1

 

*

Так век издох, отдернув жало
От вросших в Родину людей.
Так эра новая рождалась,
Наметив круг иных идей.
28.09.2012 г.

 

1.  Пресвятая Мариам (арм.) – Дева Мария.               

 

 

ПЕРЕВОД

 

Переводы, переводы –

Емкость мысли, ломкость слов.

В переводе все заботы

На себя берет любовь.

 

Данный текст – стихотворение!

Важен творческий подход.

В этом деле – вдохновение

Обеспечит перевод.

 

Посмотри(!) – какая грация!

Надо дух перевести.

Предо мной аллитерация!

Как ее перевести?

 

Строит рожицы омоним,

Знает, что неуязвим:

Вечно он к упрямству склонен,

Как всегда -  незаменим.

 

Просит точности сравнение.

Где словарная статья?

Ведь борьба за уравнение –

Цель первейшая моя.

 

Я вхожу в поток инверсий.

Сохраняю ровный штиль.

У меня немало версий:

Если что – подправлю стиль.

 

Громко плачет, изнывая,

Безутешная строка,

Вторит ей точь-в-точь такая

Переводная тоска!

 

Перевод стихостроения –

Это только внешний вид.

Передача настроения –

Значит,  автор говорит.

 

Сверим текст оригинала

С двойником переводным.

Перечтем сто раз сначала

И в журнал передадим.

 

И войдет поэт армянский

В переводе в новый мир.

Будет он в семье славянской

Как родной – и люб, и мил.

2.02 – 2.03.2013 г.

 

 

ПЕЧАЛЬНЫЙ АРМЯНИН

                            Памяти Мгера (Фрунзика) Мкртчяна,

                            Народного артиста СССР.

С глазами полными печали

На сцену Фрунзик выходил.

О Боже! Как они кричали,

Что в жизни он совсем один.

 

Попав судьбою в круг трагедий,

Он для себя чудес не ждал.

Прославленный Варпет1 комедий,

Собою трагика являл.

 

Влюбленный в мир, с душой поэта,

Кино и сцены господин.

Из жизни с песней недопетой

Ушел печальный армянин.

 

Он и сейчас перед глазами.

Немым величием своим –

Печальным взглядом, как словами,

Желает счастья всем живым.

 

P. S. А в Дилижане «Мимино»

Теперь скульптурное кино…

12.05.2013 г.

 

1.Варпет (арм.) – Мастер.

 

 

***

                                        Супруге Парандзем

Как ты сегодня овесенена,

Как яркий куст в саду сиреневый.

Как ты меня овоскресенила,

Любовь моя, мое спасение.

 

Мне от судьбы не надо многого,

От дня прожитого и нового –

Тебя бы видеть овесененной,

Чтоб снова быть овоскресененным.

2.04.2013 г

 

 

Бегишева Юлия

г. Бугуруслан

 

 

ТРИЛОГИЯ О ЛЮБВИ

 

***

Там, где морем омытый, песок

Ночует под пеной пушистой;

Где светит луна и виден лесок;

Воздух прозрачный и чистый,

Мечтаю я встретить не короля,

Не принца и даже не ангела,

А человека родного, спеша

На встречу к которому, оставлены будут дела.

 

А может мы встретимся не слыша шепота моря.

Слух будут резать шумы городского квартала.

Дверь открою, а он стоит на пороге

Такой, как я и мечтала.

 

***

Они - два безумца,

Которые, куда глядят глаза, несутся.

Иногда так случается,

Пути расходятся,

Нити сплетаются,

Потом рвутся...

Руки, однажды, мои содрогнутся

От шорохов в коридоре.

Клочок кофты твоей на заборе.

Ты пробрался в мою комнату,

Собака не подала голоса.

Ты свой, она тебя знает

И потому не лает.

 

Я спрошу: «Почему ты вернулся?"

Чёрный силуэт развернулся,

Нагнулся: «Мы - два безумца,

Которые, куда глядят глаза, несутся.

Иногда так случается,

Пути расходятся,

Нити сплетаются

И потом не рвутся...

И наша, видимо, очень крепка.

Я дёрнул её слегка,

Посмотри на запястье:

Она не дала мне потерять  моё счастье".

 

***

Нет мужчины любимого,

Что теперь?

Нет защитника, нет опоры.

И навряд ли наступит оттепель.

Ну, и что теперь? Ну, и что теперь?

 

Смотришь, в городе пары влюблённые,

С виду счастливы, хороши.

Чувства светлые, накалённые

Окружают как будто их.

Ну, а жизнь твоя уж прошла почти,

Ее заново не начать.

-"Как девчонка, влюбиться б по уши!"

-"Ну-ка, хватит мне здесь мечтать!"

 

Мысль странная закружилась вдруг,

Как проснулась ты по утру:

"Нет мужчины любимого"...

Что теперь?

Слёзы высохнут на ветру.

  

 

Брагин Никита

г. Москва

 

 

***

Отлогий праздничный поток осеннего заката,

удары сердца между строк – летучее стаккато…

В зарю и радость погружен, ещё не тронут болью,

встречаю бархатный сезон, фламандское застолье.

 

Здесь каждый день как сочный плод румян и полновесен,

здесь полноцветие красот и полнозвучность песен;

любовь играет сединой как ветер спелой нивой,

а молодость всегда со мной – ей без меня тоскливо!

 

 

***

Во сне заплачешь, бедный и влюблённый,

от холода и жалости дрожа,

а ветхий сумрак, солнцем опалённый,

бежит и тает… Как свежа душа, –

она глядит доверчиво и прямо,

запоминая светы и цветы,

и чуть робеет, как у двери храма

в предчувствии любви и красоты,

и, ожиданием переполняя

всю суть свою, до края и вдвойне,

внезапно просыпается, больная,

саму себя забывшая во сне…

 

Где явь? Где сон? И кто ты в самом деле?

Добыча для суккубов и сирен?

Гомункул, похороненный в постели?

Денницей обронённый соверен?

Ответов нет. Флюиды и фантомы

колышутся, и тишина темна.

А ты, душа, стоишь у двери дома,

роняя на порог изнанку сна…

 

 

***

Солнышко мутовки на сосновом спиле

светом прорастает из ушедшей были.

Чем седее бревна, чем древней венец,

тем светлее золото годовых колец.

 

Так и мы с тобою сквозь лета и зимы

прорастем любовью, прорастем любимым.

Смолкой золотою в солнечном бору,

для тебя заплачу я, и с тобой умру.

 

 

АНДЕРСЕН

 

Ах, мой милый Андерсен, нам ли жить в печали?

Будь со мною радостен, светел как хрусталик –

песенки фонариков, болтовню цветов,

как когда-то маленький, слушать я готов.

 

В нашем мире муторном, плоском как татами,

дорожа минутами, мы сорим годами…

Пирамиды рушатся, звёзды сочтены,

детскими игрушками мусорки полны.

 

А душа всё тянется, а душа стремится,

всё ночует, странница, на твоей странице,

встретит зорьку раннюю, тихо слёзы льёт,

словно в сердце раненом тает колкий лёд.

 

Ах, мой милый Андерсен, как ты стар и сгорблен…

Нам же не по адресу сумраки и скорби,

нам бы звёзды синие, языки костра,

нам бы соловьиные трели до утра…

 

Нам травой некошеной надышаться в поле,

неразменным грошиком наиграться вволю…

Всё пройдет, мой Андерсен, всё уже прошло –

тает нежным абрисом светлое крыло.

 

 

АРБАТСКИЕ ПТИЦЫ

 

                   «На Арбат прошвырнусь, пока спишь ты,
                    К небесам запрокину лицо,
                    Где нездешняя белая птица
                    Положила на крышу яйцо»
                                                Андрей Вознесенский


Слышишь мир за стеной и не спишь ты,
и тоскуешь, не зная причины...
Так в Шумере не спал Утнапиштим,
слыша голос пучины.

Воспаленно трепещут ресницы,
и луна вырастает горбато,
и кружится огромная птица
над скорлупкой Арбата.

Бьется ветер в окно, и, конечно,
фонари отражаются в лужах,
и дрожишь на пороге кромешной
удушающей стужи.

Словно заперта в субмарине,
за вибрирующей переборкой
чуешь мира сороковины
так протяжно, так горько.

Прошепчу я сквозь воды и скорби,
через плиты панельных и блочных
никакому ни urbi, ни orbi,
но тебе, полуночной.

Засыпай и не слушай стихии,
и рассеются тучи и стаи,
для тебя почитаю стихи я,
так, как детям читают.

Станешь ты мне любимой сестрою,
стану я для тебя старшим братом,
а наутро мы окна откроем
и взлетим над Арбатом.

 

 

КАДАШИ

 

В Кадашах малиново-резных,

в голубином гомоне весны

заблудиться и найти друг друга,

и пойти сквозь арки и дворы

в день, когда по трещинам коры

почки раскрываются упруго.

 

Кадаши светлеют по весне

как узор на храмовой стене –

древний камень по кирпичной кладке.

В окнах отражается заря,

а с «Марата», или «Октября»

ощутимо пахнет шоколадкой.

 

 

ВИДЕНИЕ РУСИ

 

Она осталась как вчера,

но, спрятана от глаз,

в ночи ползёт из-под ковра,

и воду пьёт из ваз,

ютится в старых зеркалах,

скрипит в петлях дверей,

бредёт по улицам впотьмах,

и шепчет – обогрей!

Не отвернёшься, не смолчишь,

стемнело – тут как тут,

скребётся в душу, словно мышь

за ячменём в сосуд…

 

Но, если не боишься ты,

к себе её впусти,

цветком забытой красоты

дозволь ей прорасти,

и будут вечер, и альков,

и скатерть, и графин,

и нежность пухлых локотков,

и томный жар перин,

шеренга слоников, хрусталь,

и трав лечебный сбор,

в шкафу – церковный календарь

(Елоховский собор),

лампады осторожный свет,

герани у окна,

и сотню дней, и тыщу лет

покой и тишина…

 

Что правда здесь, а что мираж,

попробуй, угадай!

Пылает меч, крылатый страж

встаёт у входа в рай,

стеклом становится бетон,

текучим воском сталь,

сквозь стены к нам со всех сторон

распахнутая даль,

Руси малиновый покров,

рассветный окоём

над ветхой плесенью миров,

в которых мы живём.

 

 

***

По гранитным панелям вдоль бывшего рынка

я её догоняю почти что бегом,

а она исчезает в потоке Ордынки,

за огнём светофора, в пространстве другом.

 

Там уже ни сегодня, ни завтра не будет,

там уже не придут, не найдут, не убьют,

там совсем как родные, случайные люди,

и в любой подворотне находишь уют,

 

и в подъездах уже открываются двери,

и за окнами лампы призывно горят.

Я, наверное, грежу, а, может быть, верю

этим тихим виденьям, легко и подряд.

 

От осеннего листика до новолунья,

от виньеток на вывеске до фонаря

словно карты подряд мне бросает шалунья,

и красуется, шалью цыганской горя…

 

 

ТВОЯ ЛЮБОВЬ

 

Твоя любовь как девочка во храме,
коснувшаяся мрамора колонны,
внимающая высям, где бездонны
органные хоралы над хорами.

Твоя любовь как лепесток на шраме
израненной земли, чьи мегатонны
лежат пушинкой на руке Мадонны,
нетленной над костями и кострами.

Твоя любовь - калиновые грозди,
алеющие как бутон стигмата
в ладони мира, пригвождённой болью.

Твой белый ангел зажигает звёзды,
и, пролетая над земной юдолью,
слезу роняет на лицо солдата.

 

 

ОТОГРЕВАЯ

 

Отогревая сердце тишиной,

освобождаешь путь словам забытым

в пространстве между лирикой и бытом,

где слезы звезд – на мураве земной.

 

И мир, такой привычный и родной,

покойно спит меж небом и гранитом,

как зернышко под бронзовым копытом,

трамбующим песок и перегной.

 

И в сумерках, где память угасает,

ты видишь свет, как солнышко в кольце,

и девочка, счастливая, босая,

 

с младенческой улыбкой на лице,

сквозь годы первоцветом воскресая,

тебя уже встречает на крыльце.

 

 

ЭМАЛЬ

 

Лазоревая сущность изразца

таится до поры в корнях полыни,

терпя и зной, и серебристый иней,

и сталь подков, и ручейки свинца.

 

Пройдёт по ней заблудшая овца,

промчатся табуны, закат остынет,

сомкнется ночь, не будет и в помине

ни золота, ни крови, ни творца.

 

Зажги огонь, и в раскалённом горне

проснётся небо, потечёт в золе,

как струйка бирюзы на камне чёрном.

 

И станет соль, рождённая в земле,

дорогой ветра в синеве просторной

и облаком в распахнутом крыле.

 

 

Власенко Наталья

г. Борисоглебск

 

 

ЧУЖИЕ

 

Они встречались там и раньше,
Без всякой выдумки, давно:
Два раза в год на Патриарших
И в переполненном метро
В одни смотрели отраженья,
Но то ли слишком не везло
Поймать короткое мгновенье,
То ли не стоило того.
 
Скрипач в подземном переходе,
Завидев их, идущих врозь,
Смычок с особенной любовью
Тянул по струнам, но сбылось
Чужое счастье и смирилось,
Сомнений лишних не тая.
Не обернулись, не простились,
Минуту рядом постояв.
 
Чужие... Больше, чем чужие...
И вроде не о чем жалеть,
Но всякий раз дожди слепые
Их заставляют замереть
В опасной близости от края,
Как будто кто-то искушает
И предлагает изменить
Судьбы свершившееся благо.
Необъяснимая прохлада
Как отголосок липкой лжи,
Невольной лжи, без искупленья,
Готова ядом отравить
Разумность взвешенных решений.
 
Их разделяет только миг,
Перерождённый в бесконечность.
Их разделяет только вечность,
Соединившая других.
Но, не смотря на преломленья
Пространства в зеркале кривом,
Они друг другу – вдохновенье…
Они и порознь – вдвоём,
Храня друг друга и прощая
За сны…

 

 

ФОТОГРАФ И СОЛНЦЕ

 

Солнце злато растеряло - стало больше прелести.
Путник с камерой лукаво в объектив прицелился. 
Щёлк затвором! Солнце, взвизгнув, прямо съёжилось в пучок: 
     - Ты чего это, фотограф, ущипнул меня за бок?!


     - А зачем ты день-деньской увиваешься за мной: 
То подглядываешь в окна, то пленишь меня жарой, 
То пылаешь в куполах, то слепишь меня в горах, 
То растягиваешь тени, то в машину на сиденье 
Забираешься и ждёшь, то у сна меня крадёшь? 

Встрепенулись на щеке лучики игривые, 
Пробежали по спине теплотой ретивою, 
Словно нежные ладони обняли украдкою, 
Просочились под рубашку тишиною сладкою. 

     - Что молчишь, ласкаешься? От безделья маешься? 
Помолчало в исступленьи светозлато и в мгновенье 
Разлилось по всем селеньям цветом розовым смущенья, 
Не ответило, а утром расплескалось перламутром 
И упало поцелуем на насмешливые губы. 

И сквозь сон услышал шёпот недогадливый фотограф:
«Получите бандеролью целых три мешка с любовью
В виде солнечного света, перевязанного ветром.
Есть письмо на донышке: «С добрым утром, солнышко!» 

 

 

НА ДВОИХ

 

Фаты не будет, платья белого, как раньше, 
Гостей и до рассвета суеты, 
Букетов роз, излишеств, чьей-то фальши, 
Кортежей с лентами, салютов с высоты. 

Мы стол накроем на двоих и этот ужин, 
Закрывшись шторами, от прочих утаим, 
И я спрошу тебя: «Ну, как тебе быть мужем 
Обычной женщины с колечком золотым? 

 

И знать, что завтра у меня опять работа 
И целый ворох не решаемых проблем, 
И видеть, как домашние заботы 
Закрыли жизнь мою в капкане этих стен?


Зачем тебе, имея много больше, 
Смотреть на то, как в уголках зелёных глаз 
Усталость борозды морщин рисует?.. Проще
Прийти однажды и уйти без лишних фраз…» 

А ты обнимешь и посмотришь прямо в душу 

И скажешь строго: «Хочешь знать? Тогда, изволь: 
Да, быть твоим, увы, не просто мужем, 
Но им не быть – трагическая роль».  

 

Фаты не будет, платья белого, как раньше, 
Гостей и до рассвета суеты… 
Наверно стала я ещё немного старше: 
Мне стали ближе свечи, чем цветы. 

 

 

Вотинова Александра

г. Санкт-Петербург

 

 

ЛЮБОВЬ НЕ УМИРАЕТ

 

Вы знаете, любовь не умирает,
Она лишь сокрушается любя.
Залечивая дней ушедших раны
И в бесконечность Мира уходя.

Любовь не умирает – это истина!
Ее бессмертна, бесконечна суть:
Из жизни удаляется бессмысленность
Слепых страстей, иллюзий длинный путь.


Любовь прекрасна в вечном состоянии,
Она начало мира и всего творец.
Она спешит навстречу осознанию,
В умах слепцов вновь получить венец!


Вы знаете, любовь не умирает,
Она лишь сокрушается любя.
И залечив болезненные раны,
Она идет,  свой свет другим даря.

 

 

УТОЛИ МОЮ ЖАЖДУ

 

Утоли мою жажду, друг милый,

Жажду тела и жажду любви.

Награди тем, чего так желала,

Кровь горячую разбереди.

Утоли мою жажду водицей,

Лунной ночью каплей росы.

В твоей нежности дай умыться,

Дай исполнить мгновенье весны.

Утоли мою жажду с лихвою,

Так мечтала я видеть тебя.

Что бы сердце стучало  тобою,

Что бы крылья…чтоб в небо… паря…

 

 

ПРИЕЗЖАЙ

 

                       Самому любимому мужчине,

                       в надежде, что он услышит

Приезжай. Мне сегодня тебя хочется целовать,

Нежно-нежно, долго-долго, медленно, а ещё...

Расстелить остывшую без тебя кровать,

И от страсти сгорать безудержно, горячо.

Приезжай. Заварим чаю, с молоком или без,

Хочешь вина или виски? - Что ты сегодня пьёшь?

Приезжай, к черту страны и времена - я здесь,

И подумаешь, что за окном серый питерский дождь.

Приезжай. Я знаю, я такая у тебя не одна.

Ну и что, я то знаю, что лучше меня не будет.

А за окном просто пишет стихи весна,

Что бы согрели нежностью друг друга люди.

Мне тебя сегодня хочется... Боже мой, -

Не могу я с тобой о будничном и простом.

Приезжай, пожалуйста, просто побудь со мной.

И – плевать, пожалуй, что будет со мной потом.

 

 

А ГДЕ-ТО ТАМ ЖИВЕТ ЛЮБОВЬ

 

А где-то там живет любовь.
Живет, не ведая печали.
С рассветом просыпаясь вновь
Мечтает, чтоб ее встречали.

Чтоб с ней ценили каждый миг
И вместе заглянули в лето.
И чтоб вдруг он и вдруг она
Однажды повстречались где-то.
Так, где-то там живет любовь.
Живет, не ведая печали.
И на закате, вновь и вновь
Ей снятся те, кто с ней встречались.

 

 

Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ

 

Я люблю тебя сильно и страстно,

Я готова простить и проститься.

Понимаю, как сердцу опасно

За тобой вновь в дорогу пуститься.

Я останусь,  я выйду из тени.

Ты дождём вдаль уйдёшь непроглядную.

Я тебя не забуду любимый,

Отпускаю, – всего приятного!

 

 

АХ, КАК ЖЕ ХОЧЕТСЯ…

 

Ах, как же хочется!

Мне вновь к твоим губам

Прижаться хочется.

Забыть о том, что

Было одиночество.

Что разделяли нас

С тобой мгновения,

Судьбы превратной

Строгие веления.

Ах, как же хочется!

Мне вновь тебя обнять,

Мой милый, хочется.

Лететь с тобой мне б

К звездам и пророчествам.

Судьбы превозмогая повеления.

Как в мире две души,

Как два мгновения,

Любви и страсти воссоединения.

 

 

РОЖДЕНИЕ ЛЮБВИ

 

Что-то новое рождается незримо,

Отрываясь от изживших связей.

Горизонты новые не постижимы,

В них не видно уж и прежней грязи.

Что-то новое пронзает органы

Тонким пламенем, красной нитью.

Изнутри и на свет – в окна бы,

Из себя, – да со всей прытью.

Что-то новое, не известное…

Вновь ломаются территории,

Повергая в дрожь бестелесную

Горизонты души, изменяя историю.

 

 

***

Подойдешь, отогреешь, расплавишь,

Взглядом жгучим внутри обожжешь.

Груз сомнений на утро оставишь,

В тень фантазий бесследно уйдешь.

Ветром настежь окно распахнешь

И ворвешься в бессонную мглу.

До краев ты меня всю испьешь,

Шанса после – не дав ни кому.

Опьянишь, одурманишь, заманишь,

Грешным светом, в мелькании дней.

В мыслях, в сердце на веки оставишь

Образ свой ты, в безумстве теней.

 

 

***

Говорят, просто так ни чего не случается.

Не бывает напрасных встреч, знаешь?

Не случайно люди встречаются!

Только ты – появляешься и пропадаешь.

Всё не просто – так миром задумано,

Что бы мы научились не только жить.

Самой жизнью наука придумана

Вдруг, встречаясь, учиться любить.

Говорят, просто так ни чего не случается.

И, однажды, с весенним рассветом,

Ты поверишь  – любовь не прощается,

Как бы ты не старался не думать об этом.

 

 

ХОЧУ ГУБАМИ ПИТЬ ТВОЁ ДЫХАНИЕ

 

Хочу губами пить твоё дыхание,

Как свежий воздух - сладостно вдыхать.

Хочу одним крылом объять молчанье

Вокруг тебя и нежно так обнять.

Хочу лететь с тобой, подобно птицам

Туда, где с западом сливается рассвет.

Где, вопреки всем посторонним лицам

Окутает нас благодати свет.

Я так хочу любить и быть любимой

Тобой одним, где б ни был ты сейчас.

Как же душа устала быть ранимой,

Как ждёт она тот день, тот миг, тот час.

Не важно, где мы будем в час который

Сольются воедино две души.

Любимый, слышишь, день наступит скоро,

Сквозь мрак ночной, молю тебя, спеши!

Хочу я видеть, чувствовать, дышать

Одним тобой, в безумии времён.

Хочу другим крылом от ветра укрывать

Тебя, того, кто для меня лишь был рождён.

 

 

***

Я оставила мгновение тебя

В своей памяти, законсервировав время.

Не осквернённый и светлый образ,

Красивый сюжет - для сценария семя!

Я повешу этот шедевр,

Сотканный из человеческой страсти,

В тёмный угол своего сердца,

Пусть освещает жизнь толикой беспечного счастья!

 

 

***

О, Боже! Мужчина, вы созданы из ветра!

Из пены морской, из тумана, росы.

Сегодня вы есть, а завтра - где ты?

Вас снова нет и все сны пусты!

Ваша душа не знает покоя,

Сердце не тронуто истиной света.

Вы, возможно, король прибоя,

Но заводь песчаная ждёт рассвета!

Для вас вдохновенны сирены морские,

Корыстью манящие в бездну вод.

Но что есть душевные чувства земные?

Для вас, бесполезные игры не в счёт!

О чём вы всё пишете? Что за слова?

Кому вы песок в глаза сыплете сей?

Мужчина! Вершите мужские ДЕЛА!

Не надо, простите, жалких соплей!

Вы часто плетёте о женщинах срам!

Гадаете тайны женской души!

Не нужно, Мужчина, таинственных ран!

Так лучше уж подвиг какой совершить!

О многом не скажешь, да к чёрту слова!

Вы море бездонное, с вечным прибоем!

От качки у многих кружит голова

И, что до других то, собственно, морю!

Вот только вокруг так много озёр,

В которых тепло и уютно порою.

А вы, словно в играх любовных позёр!

Но верьте! Захочется морю покоя!

 

 

***

У моей любви зеленые глаза,

Изумрудные, как листья на ветру.

И огнем пылает её сердце,

Я к ней сквозь века свои иду.

У моей любви свободный нрав,

Сила, стойкость камня, воля ветра.

Я её искала в волнах времени,

Я её нашла в лучах рассвета.

 

 

***

В немом молчанье отразился мир

Безбрежный и беспочвенный - мгновенный.

Ты подарил в его величие пир

Со вкусом страсти и любви безмерной.

В круговороте времени, в пространстве

Мы лишь песчинки,  что и говорить.

Летим в своём немом непостоянстве,

Судьбу за хвост в попытках изловить.

 

 

Я  ЖЕНЩИНА

 

Я  женщина, могу быть мягкой кошечкой,

А если захотеть могу стать страстною.

Могу мешать бульон куриный, ложечкой

И ночь дарить, быть звёздною, прекрасною.

Могу свести с ума, ты хочешь? – Запросто!

Могу быть скромницей и умницей одновременно.

Ты знаешь, у меня актёрские способности,

Таланты все раскрою непременно.

Ты только расстегни не кофточку, а сердце,

А лучше часть души окутай взором.

Я для тебя могу стать роковой принцессой,

А ты, прошу, не будь сердец то вором.

Я женщина, могу быть самой разною,

Ты граней не сочтёшь вовеки вечные.

Не бойся, я не столь огнеопасная,

Я реки лишь спускаю быстротечные.

 

 

***

Если ты не напишешь - не вздрогну!

Сердце снова любить не намерено.

Все твоё обаяние - к черту!

Мои чувства ветрами  проверены.

Не звони и не стоит являться мне,

Каждый раз, когда вновь засыпаю!

Пожелаю всего самого светлого тебе,

Я от чувств, как от грома сбегаю.

Все пройдет, не сегодня, так завтра.

И волнения рассеются с ветром.

Я опять на краю заката

С нетерпением жду рассвета.

 

 

ХРАНИТЕ ЛЮБОВЬ В СВОЁМ СЕРДЦЕ

 

Храните любовь в своём сердце,

Неважно - в грозу или ветер.

Храните, как тёплое солнце,

Судьба вам с лихвою ответит.

Сияйте, цветите не тленно,

Так что бы и время не счесть.

По вечным законам Вселенной

Храните и совесть, и честь!

Храните любовь в своём сердце,

Неважно - оценят иль нет.

Для мира сердца распахните,

Судьба наградит вас в ответ.

 

 

Дар Светлана

г. Кореновск, Краснодарский край

 


 ЕЩЕ РАЗ О ЛЮБВИ...

 

Вы знаете, 
      как женщины влюбляются в мужей?
     – Как в свой причал,
                                       в последнюю надежду
Как в страстную мечту
                                       супружеских цепей
Срастившихся
                         с нательною одеждой..,

 

 

ВЫСШЕЕ


И опять короткий миг
Небесного блаженства!...
И опять нескромный крик
Земного совершенства!
     – Где твой рай небес, Владыка?
Я взлетаю в высоту.
Ты прими с блаженным криком
Чувств открытых наготу.
Я - в раю. Землетрясенье.
Гром и молния. Обвал.
Женщину - своё творенье
Ты прекрасно наказал!

 


ЕВА


Ах, не спеши её судить:
Рождённая из твоего ребра
     – Обречена того любить,
С кем рай покинула вчера.

 


ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ...

 

Не обрекайте Женщину –
                                        на одиночество,
Не воздвигайте  стен вокруг неё...
Её алтарь несёт в себе пророчество
На будущее ваше бытиё.

 

 

***
              МужкуЭпитафия...

Благодарю Тебя, Любимый
За Рай, прожитый на Земле.
За звёзды, что неколебимо
Твоя Любовь дарила мне.
За мудрое твоё терпенье,
Надежду, Веру и Плечо,
За пониманье и доверье,
За Жизнь, что била в нас ключом.
За то, что стать сумел примером 
Для своих взрослых сыновей,
Что долг ценил высокой мерой,
Что жил открыто - для людей.
И Что к тебе, как в том романе
Стремится сердце вновь моё
И я молиться не устану: 
"Святится имя пусть Твоё!"

 

 

ЦЫГАНСКАЯ НЕЖНОСТЬ

 

Ты хочешь знать – как я люблю?
Останься. Подойди.
Костер цыганский запалю
В трепещущей груди.

Тихонько вздрогнет бубен мой,
Одним движеньем плеч
Я уведу тебя с собой
Костер любви зажечь.

Но не спеши, не говори…
Не трать ненужных слов,
Цыганской ночью до зари
Нас будет греть любовь.

Узнаешь ты, как я люблю
     – Ликуя и скорбя,
Как страсть свою на клочья рву,
Чтоб не обжечь тебя.

Ведь там, откуда ты пришел
Так трудно угадать,
Как нам, цыганам, хорошо
В огне любви страдать!..

И я тебя не опалю
В том пламени костра,
А только нежность подарю,
Как добрая сестра.

 


АРИАДНА

Неисправима. Неприглядна?
Но - неподсудна. Ведь - люблю!
Не Галатея. - Ариадна!
Не подчиняюсь, а - веду!
Клубок волшебный с нитью тонкой
Решит судьбу твою, Тезей,
Но будь со мной ты трижды робким
     – Опутан волею моей!
Не счесть ловушек Лабиринта,
И где-то Зверь угрюмый ждёт,
Я лепестками Гиацинта
Засыплю путь на эшафот.
Смеясь над грозным предсказаньем
Другой тропою проведу
И силою своих желаний
Беду любую отведу.
И лишь потом, под кроной древа,
Где вольный парус в небесах,
Тебе откроюсь нежной девой
С щемящей робостью в глазах!

 


ЖАР-ПТИЦА

 

Как была у меня "Жар-Птица"...
И нарадоваться я не мог!
Улетела. Теперь лишь снится,
Отпустил я Её за порог...
Все обрушилось. Как в тумане
Боль и Память остались мне.
Упрекать Её я не стану,
Разве только страдая во сне...
Как забыть мне то счастье хочется
     – Не бывать такому на свете...
И плачу за него - одиночеством
...И Жар-птица призрачно светит.

 

 

***
Если б Фениксом вдруг
                                        стала ты
В моей стылой больной судьбе...
Я б отстроил тебе палаты
Я дворец подарил бы тебе
И тогда лишь вздохнул всей грудью,
Но... - спасибо, что ты - была,   
Что ты - есть, и навечно- будешь
Моих призрачных - два крыла!..

 

 

ЛЮБОВЬ И ОСЕНЬ

 

Не сравнится с тобой 
Самый лучший художник 
И за кистью волшебной 
Перо не успеет...
Мне прощаться с теплом 
Опять невозможно, 
Но палитра твоя 
Мне душу согреет.

 

 

***
Снова встретились мы 
Как-будто впервые 
Вопреки ожиданьям 
Влюблена я опять 
Да и как удержаться, 
Когда золотые 
Бабьи-летние дни 
Просят мечтать!

 


ЛЮБОВЬ И ЗИМА

 

 Ну сознайся, что дружишь с Осенью,
 А в Весне - тебя всё раздражает...
Ты гордилась полями с просинью,
а Весной всё по серому тает! 
Но напрасно ты злишься, тужишься,..
ну - мороз хватает за пальцы! 
Ну, снежок, заблудившись, кружится, 
присыпая следы от зайцев...
Только воздух - пьянит надеждой, 
только почки - любовью набухли, 
только скинули люди одежды 
и блинами запахло на кухнях... 
и прорвалось желание встречи –
той, единственной - под луной... 
и гулять всё же выйду под вечер, 
чтоб влюбившись, напиться Весной!

 

 

Demen Keaper

г. Красноярск

 

 

ГРАНАТОВЫЙ БРАСЛЕТ…

 

Чем не Гранатовый браслет,
Подаренный на День Рожденья,
Оставленный от бритвы след,
Унёсший прочь души сомненья...

Он изменил тебе с другой...
Ты как-то счастье упустила,
Когда с не дрогнувшей рукой
Кровавая явилась сила...

Рукой размазанная тушь
Придаст лицу угрюмый облик,
Когда оркестр сыграет туш,
Когда могилу вскроет гоблин...

И ворон каркнет на дубу
Двенадцать раз, почуяв полночь,
Но Ангел протрубит в трубу,
И кто-нибудь придёт на помощь...

Ты отдалённый слышишь стук,
Но разумом уже с другими...
Тамтамы заглушают звук,
Все видятся вокруг плохими...

Гранатовый браслет горит,
Как украшенье на запястье,
И память девичья хранит
Того, кто дарит в полночь счастье...

Очнёшься завтра в тишине...
Палата... белые одежды...
Пейзаж картины на стене,
Как позабытый блик надежды...

А на запястье белый бинт…
И мать с печальными глазами,
В которых боль души хранит,
Как огонёк под образами...

И станет стыдно и смешно,
Что глупость победила разум...
Гранатовый браслет грешно
Менять на звук сердечной фразы......

 

 

ШУТКИ ЛИШЬ СОКРАЩАЮТ МИЛИ…

 

Сидел Конфуций за столом
И сочинял свои трактаты,
Когда пришли к нему с ослом
В кольчугах бравые солдаты...

"Ты рассуди нас, Мудрый Муж...
Осла купили мы намедни...
Таскать поклажу ослик дюж,
Но поползли в отряде сплетни...

Мол, пользуем осла не так...
Мол, холим мы его безмерно...
Девицам не окажем знак,
Но с осликом нежны, наверно..."

Конфуций скулу почесал
И улыбнулся, как ребёнок,
А после воинам сказал:
"Друзья блуждают средь потёмок...

Они не видят далеко...
Глядят, завидуют, смеются...
Прослыть отважно дураком!!!
Лишь слабые в бою сдаются...

Осёл отплатит вам добром
За то, что щедро вы кормили...
Заботу чует он нутром...
А шутки... сокращают мили..."

Отряд послали в дальний путь,
Но им устроили засаду
И можно было лишь свернуть
В пески, ведущие к Багдаду...

Обоз захвачен был в бою,
Лишь ослик семенил усердно...
В безводном солнечном краю
Бойцы пропасть могли бесследно...

Был ослик нагружён водой
И мясом вяленым в придачу...
Бойцы родились под звездой
И справились они с задачей...

Пришли в прославленный Багдад--
Никто не умер по дороге...
И каждый накормить был рад
Осла, их спасшего в итоге...

Друзей носили на руках
И больше злобно не шутили...
Прославленный Мудрец в веках
Горит огнём средь звёздной пыли.......

 

 

НАХОДЧИВЫЙ МЕНЕСТРЕЛЬ…

 

Траву посеребрил морозец—

Грядут большие холода,

Подобные несмелой прозе

Из снега, инея и льда…

 

По льду непрочному залива

Шагал отважный Менестрель,

И ветер пробегал пугливо,

Стеля пред ним снегов постель…

 

Последний сыр в холщёвой сумке

Он приберёг на чёрный день

И, подойдя к рыбацкой лунке,

Он подо льдом увидел тень…

 

Там двигалась большая рыба,

Большая, как тяжёлый кит…

«Закусит мною эта глыба,»--

Подумал маленький пиит…

 

Лёд вздыбился с водой фонтаном

И появилась голова…

Глаза горели светом странным,

А губы изрекли слова:

 

«Куда ты держишь путь, прохожий,

Дерзнув ступить своей ногой

В мои владенья??? Чую кожей,

Что ты среди людей изгой…»

 

«Я Менестрель, Хозяин Моря…

Иду я в порт, чтоб в кабаках

Пропеть баллады, лютне вторя,

Которую держу в руках…»

 

Задумалась о чём-то Рыба,

Вращая левый жёлтый глаз…

К такой громаде много пива

Нальют за пару колких фраз…

 

И Рыбий Царь сказал, подумав:

«Ты сказки сказывать горазд???

Тогда устрой побольше шума,

Поведай лучший свой рассказ…»

 

Деваться некуда поэту…

Он спел балладу про любовь…

Как странствует она по свету,

А люди проливают кровь

 

За обладание предметом

Великих неподкупных чувств…

Куплет струился за куплетом

И Царь кусал в волненье ус…

 

Закончил повесть славный тенор,

Аккорд последний прозвучал,

А Царь молчал, пуская пену,

Да в трансе головой качал…

 

«Я вижу ты способный малый!!!

И можешь вышибить слезу…

В моём дворце не доставало

Певца, как молнии в грозу…

 

Я заберу тебя в свой замок,

Петь будешь дочерям моим…

Скучают девки возле мамок…

Жить будешь, почестью храним…

 

Эх… так и быть… женю на старшей!!!

Она девица хоть куда!!!

Устала от бравурных маршей

В моих подводных городах…

 

«О, Царь, в воде размокнет лютня…

Позволь я закажу в порту,

Чтоб смастерили мне прилюдно

Струмент из меди… Лютню ту

 

Способен сделать местный мастер—

Других таких по миру нет…

Коль стану принцем рыбной масти,

Мне нужен вечный инструмент…»

 

«Тогда ступай в свой славный город

И приходи сюда опять…

Твой инструмент --  серьёзный повод,

Чтоб повернулось время вспять…»

 

И Менестрель ушёл с позёмкой,

И долго грелся в кабаке,

И угощался царской сёмгой

И кружку поднимал в руке……

 

 

ШЛЯПНИК

 

Шляпник пил аминазин

И колол портвейн по вене…

Шёл под вечер в магазин

Взять просроченных пельменей,

 

Брал прогорклый шоколад,

И мешал его с какао…

Мысли, как-то невпопад,

Мялись там, где места мало…

 

Шляпы, шляпы при свечах

Он кроил всю ночь в каморке,

Днём на рынке он кричал:

«Всё отдам за хлеба корку…»

 

Как-то проезжал король

В ратушу вершить законы…

Исполнял он эту роль

Ощущая гнёт короны…

 

Шляпник в этот миг грустил

В окружении товара…

Он уже слезу пустил:

«Не видать мне тут навара…»

 

В этот миг узрел король

Всевозможные фасоны

И воскликнул он : «Доколь

Для возвышенной персоны

 

Будет властвовать запрет

Надевать атласну шляпу???

Я король во цвете лет!!!

Не заткнуть меня вам кляпом!!!»

 

Он купил себе пять штук,

Заплатив златою кроной,

Синий отряхнул сюртук

И расстался враз с короной…

 

Свита новшеству вняла —

Шляпы разобрали махом…

Так Фортуна приняла

Облик дерзкого монарха…

 

Шляпник пьёт аминазин

И кроит без остановки —

Нынче каждый магазин

Взять готов его обновки…..

 

 

РЕЗЬБА ПО КОСТИ

 

Мы тонкая резьба по кости,
Судьбы капризной завитки...
Меж нами перекинут мостик,
Как между берегов реки...

Искусный мастер-небожитель
Взял носорога старый рог...
Он был искусств немых служитель
И нанести узор он смог...

Судьбы незримой повороты
Связал в одну тугую вязь...
Мои ошибки и заботы
Он наносил, в душе смеясь...

И закрутил твои ошибки...
Но вот фортуна дарит шанс...
И мы, найдя в сердцах улыбки,
Друг другу дарим их сейчас...

Они из прошлой нашей жизни,
На самом донышке пруда...
Узоры преломились в призме,
Соединив нас без труда...

Не зря старался славный резчик,
На выдумки он был мастак...
К концу узор струился легче,
И вот наносит мастер лак...

А мы ликуем и смеёмся,
И шепчем клятвы на крови...
Назад в былое не вернёмся
И, что ты там не говори,

По нраву мне узор на роге --
Он нас сумел соединить...
Пройдя невзгоды и тревоги,
Нас прочная связала нить...

И мастеру я благодарен,
Что сложились узоры рун...
И древний рог нам был подарен
Под музыку небесных струн......

 

 

Джафаров Заур

г. Баку

 

 

КОНЕЦ ЛЮБВИ

 

Сегодня всё закончится,

Последняя ночь-бессонница.

И за какие мои грехи,

Я посвящаю тебе стихи…

Я сегодня уйду навсегда,

Уйду из жизни твоей,

И твоё сердце изо льда

Разобьётся,

Когда я в последний раз

Закрою дверь.

Мы делили мир на двоих,

И кислород делили пополам,

Я задохнусь в чувствах своих,

Но никому их не отдам.

Ты словно ангел неземной,

Ангел с властными глазами,

Всё вела меня куда-то за собой,

И не смог я устоять,

Пред лживыми слезами.

Наш с тобою мир сегодня рухнет,

Его держит тоненькая нить,

Костёр страсти и любви потухнет,

И ничего уже не изменить.

Порой счастливый, а порой не очень,

Но у каждой истории есть свой конец,

Я сегодня смотрел в твои черные очи,

И понял, что я всего лишь беглец…

Мы создали мир и жили в нём одни,

Или это были не мы, а актёры.

Я наблюдал за ними со стороны,

И как же пафосны актёрские взоры…

 

 

ДАВАЙ ПОПРОБУЕМ

 

Незваным гостем зимние тучи,

Ворвались в солнечные дни,

И расставание-печальный случай,

В едином сердце мы храним.

Воспоминания словно ветер,

Возвращаются порой,

И каждый ветреный мой вечер,

Согревает меня тобой.

Давай сегодня добротой затмим все свои обиды,

Пусть мы разлучены судьбой,

Но есть надежда на победу.

Давай попробуем мы вновь понять где спрятались мечты,

Давай найдём свою любовь и будем вместе я и ты.

Тучи уйдут, небо останется,

Солнце отразится в море,

А пока волны плескаются при душевном разговоре.

И в этот самый дивный вечер,

Я глубоко вдыхаю ветер,

Ведь в нём есть твоё дыхание и на двоих одно желание.

Давай сегодня добротой затмим все свои обиды,

Пусть мы разлучены судьбой,

Но есть надежда на победу.

Давай попробуем мы вновь понять где спрятались мечты,

Давай найдём свою любовь и будем вместе я и ты.

 

 

ЛЮБОВЬ БЕЗ ТЕБЯ НЕ ДЫШИТ.

 

В сердце твоём меня больше нет,

В памяти твоей я потерялся,

Но я помню тот осенний час,

Когда наша любовь вдруг коснулась нас.

Мы расстались, мы расстались,

Но ты мне снишься,

Добротой воспоминаний в памяти таишься,

И не вернёт судьба былое счастье

Любви, разбившейся в одночасье…

Голос твой волшебный слышится мне,

Образ мой любимый видится во сне,

Я твоим почерком расписываю листы,

Но, увы, сожжены нашей любви мосты…

Но я твоё имя произношу,

Я к тебе вопреки времени спешу,

Коль трудно будет в жизни, ты мне напиши,

И ты услышишь отклик моей души,

Ведь душа моя письма всё строчит,

Сердце в ожидании стучит,

А любовь молчит, любовь молчит,

Любовь без тебя не дышит…

А помнишь наши ночи под луной?!

Помнишь, как считали звёзды на небе мы с тобой?!

Помнишь, как мы были счастливы вдвоём?!

Ты навсегда останешься в сердце моём.

Помнишь наши солнечные дни?!

Помнишь, как гуляли по бульвару мы одни?!

Не смог я удержать любовь свою,

Но за лучшие моменты жизни тебя благодарю.

Голос твой волшебный слышится мне,

Образ мой любимый видится во сне,

Я твоим почерком расписываю листы,

Но, увы, сожжены нашей любви мосты…

Но я твоё имя произношу,

Я к тебе вопреки времени спешу,

Коль трудно будет в жизни, ты мне напиши,

И ты услышишь отклик моей души,

Ведь душа моя письма всё строчит,

Сердце в ожидании стучит,

А любовь молчит, любовь молчит,

Любовь без тебя не дышит…

 

 

Дижур Ростислав

г. Нью-Йорк, США

 

 

ЛЮБЯЩЕЕ  ПРОСТРАНСТВО

 

В пространство вчувствывался,

в сумрак и зарю,

Учился время словно сердце слушать.

И вот – в просторы звёздные смотрю,

Как смотрят в собственную душу.

 

И стала смерть немыслимой уже,

А мысль о жизни далей – сокровенной.

И разобраться в собственной душе –

Равно природу выведать Вселенной...

 

И поднебесную, и зáнебо любя,

За той открытой оказался гранью,

Где начинаешь сознавать себя

Всемирной чуткой вездесущей тканью.

 

И эта плоть чувствительна настоль

И так сама прочувствована свыше,

Что малую, казалось бы, земную боль

Звездой – далёкой самой – остро слышит.

 

...Как дивно знать, что небо и земля –

Весь дольний мир с его непостоянством,

И сферы чувств, и космос – тоже я, –

Вселюбящее чуткое пространство...

 

 

***

Кружи́тся снег...  Не угадать –

Знак высшей радости ли? муки?

Так тихо в нотную тетрадь

Ложатся будущие звуки.

 

Безмолвен, самоуглублён,

Скрывает мир наплыв созвучий.

И ни о чём не скажет клён,

Пока фонарь не будет включен...

 

Но встрепенулась мгла в окне –

И оживлённая подсветкой,

Проникла и, прильнув к стене,

Пришла в движенье тень от ветки.

 

И мир, проживший день молчком,

Выводит веткой до рассвета,

А ветка – тенью, как смычком,

По краю женского портрета.

 

То звучен, то замрёт на миг;

То изъясняется пространно,

То выплачется напрямик

На этом инструменте странном...

 

С утра завьюжит, заметёт –

И знать не даст, что это значит.

А ночью снова в дом войдёт

И о своём – поёт и плачет.

 

 

***

                  На вопрос: что всего сильнее? –

                  мудрейший Зоровавель ответил:

                  «Сильнее женщины, а над всем

                   одерживает победу истина».

Давно ли, как библейский патриарх,

Движением души во стынь Вселенной ввит,

«Превыше истина, – твердил. – Она в стихах».

А Вы тогда – всё о любви да о любви.          

                                                              

...Но почему на столь прямой вопрос           

Даёт мудрец такой расплывчатый ответ?

Ах, кажется, вопрос не так-то прост.

И женщинам не занимать побед.    

                                                              

Сильней ли истина?.. От космоса знобит.

На землю потянуло, к Вам.  Но – ах...

Я с Вами – о любви да о любви.

А Вы всё о стихах да о стихах.

 

 

ИЗ  ПОСЛЕСМЕРТИЯ

 

I

В какие миры случился? –

Какая такая мысль

распространила разом в эти пределы?

 

В себя продлился, –

видимо, в разум, в смысл...

 

Откуда прозрел?

Из какого тела

сюда

всей бесплотностью просочился?

 

Помнится только: где-то когда-то жил,

было какое-то очень важное дело.

Узнать бы, хватило ли жизни той? –

вполне ли его завершил?

Да, и, кажется, голова болела.

 

Постой-постой...

 

Припоминаю.

Голова – это именно тот сосуд, 

в котором созревают мысли,

чтобы затем уйти восвояси.

 

Значит ли это – сюда?

 

И где,

в какой болело стороне?

В какой стране?

Иначе:

какая болела страна?

 

Похоже, нездоровилось повсюду...

 

Болело там, куда, собравши прощелыг,

пустившись по нехоженному румбу,

плывёт Колумб, –

дерзнув, плывёт туда,

где я ходил за хлебом в супермаркет,

где летом, помнится, так влажно, жарко,

где, кажется, язык остался мой,

дарованный как будто лишь затем,

чтобы удобно было клеить марку

на конверт.

 

Болело, вроде бы, до тех, в полсвета,

благословенных, но с ленцой равнин,

где клином вышибают клин,

где воздух сух зимой и летом,

где громче сетований – слух

о баснословности заморских изобилий,

где, кажется, меня любили,

а может, не любили вовсе, –

кто знает...

 

Постой-постой,

там тоже, помнится, язык остался мой –

иной,

которому себя случалось поверять,

который страшно было потерять...

Но, судя по всему, теперь и без него

вполне могу распространяться.

 

...И ныл, недомогал Восток,

так щедро давший свету

мыслителей, пророков и поэтов, –

и завоёвывавший мир, и битый,

бродяг плодивший, шарлатанов и бандитов...

 

Да-да,

особенно болел Восток,

откуда, мнится, шёл исток и моего

земного существования.

 

Исток же сознания,

отпущенного тому – на плечах – сосуду,

шёл именно отсюда.

И лишь затем уже означился Восток,

и было воплощение,

и дело,

и дление в пределах тела,

и путь к началу...

 

II

Как странно наложились времена:

все эры, все мгновения совпали,

сошлись в одну, вне измерений, 

вне времён, реальность, –

в этом любящем лоне мироздания,

нет ни прошлого, ни расстояний...

 

Впрочем, что же тут странного.

Именно эта разумная среда и есть

предвечная основа мира.

И снова принят сюда.

 

Принят, чтобы остаться

не в качестве постояльца,

а чтобы после скитания

стать самóй всеохватной средой обитания...

 

III

Всё, что в трёхмерной обители той

длилось якобы обособленно, –

телом владело, речью,

отличалось неповторимым обликом,

отчаивалось и любило избранных,

меня призывало с мольбой, –

призвано

и длится иначе – единым.

 

А быть единым – значит,

собой, в наитии, незримо,

полнить мир, –

одухотворять и любить его.

 

 

Кетова Ксения

г. Санкт-Петербург

 

 

САМЫЙ ЧИСТЫЙ ИЗ МИРОВ

 

Привет тебе, любимый город!
Но почему же ты грустишь?
Скажи, откуда этот холод?
И почему же ты молчишь?
Зачем на этом небосводе
Чернейший тучи тяжкий ком?
Зачем решеткой несвободы
Сковал тебя печальный сон?
Я снова тенью, как тогда
Прошла все улицы, мосты
И вновь исчезла вне куда.
Но вновь увидела, что ты...
Ты - Тайна света фонарей,
Шуршанье вод за Летним садом,
Скрип затерявшихся дверей,
Чуть слышный шепот за оградой,
А в тишине застывший вечер
Пронзает дождь и мир теней,
Загадочный и нежный ветер
Колышет мачты кораблей,
И чьи-то громкие шаги
Слышны с соседних улиц эхом
И блики вод Невы смогли
Перекликаться с прошлым веком!
И эта нежная прохлада
Мне веет чувство, будто я,
Так не корректно, не галантно,
Все улыбаясь и смеясь,
Вдруг ворвалась, того не зная
В чудесный сладостный мир снов
И очень жадно похищаю
Твой самый чистый из миров.

 

 

Мамзелева Людмила

г. Москва

 

 

ГИМН ДОЖДЯ

 

Раскатистым громом ударюсь о землю

Порывистым ветром коснусь я травы

И каплями смелыми радости первой

Размою все сложные тайны судьбы.

 

Я Солнцу по-дружески крикну: Постой!

Одно лишь мгновенье, дай мир напоить!

Позволь поиграть мне с зеленой листвой

Ведь после меня ей так хочется жить!

 

И цвести, свою свежесть даря

Путникам силы дав в новом пути.

С тобою мы братья и труд наш не зря

 

А как я прольюсь – ты снова свети!

 

 

***

Как же свободно, просто, легко

Встречному вдуг распахнуть широко

Светлое сердце, что бьётся в груди 

Верить в того, кто идёт впереди!

 

Слиться с дыханием ветра на миг

В случайном прохожем Божественный лик

Вдуг разглядеть, узнавая едва

И по забыть все пустые слова

 

Про одиночество, страхи, печаль

И, обретя надёжный причал,

Вновь заиграть радужным светом. 

Стать музыкантом или поэтом!

 

Звуки достать из палитры души

что задремала в мягкой тиши)

Их разбросать, тишину нарушая

Смелую радость вокруг утверждая!

 

 

***

Когда пробьет в набат сознанья час

И искры Знания рассыплются повсюду

Услышат люди примиренья глас.

Я к ним Приду. И рядом с ними Буду.

 

И жизнь и мир пойдут иным путем

Путем труда любви гармонии и веры

И человек поняв, что ВСЁ есть в нем

Шагнет в Предел прекрасной Светлой Эры.

 

 

***

Стихи сплетаются душей

В витиеваты узоры

И наполняют чистотой

Взывая к Огненному взору.

 

Луч Света бьётся сквозь стекло

И мысли дарит вдохновение.

И вот в руке моей перо:

И… начинаются виденья...

 

Я вижу блики Красоты.

В тумане, в облаках - повсюду

Живут творящие мечты

И заставляют верить в чудо!

 

И эти сонмы облаков

Плывут себе, не зная срока.

Мечта не знает берегов.

Она безбрежна… А с Востока

 

Уж солнце радостно лучи

Протягивает мне навстречу

И дарит ценные ключи

От Храма Жизни бесконечной.

 

В искрящейся росой земле

Я вижу Жизни ток могучий.

И ароматы трав цветущих

Наполнят счастьем душу мне!

 

 

МАЯКИ

 

Удача и радость сопутствуют смелым

Тем, что идут не страшась ничего

И кто-то Незримый укрыв Светом Белым

Поможет, в беде не забыв никого.

 

Их много идущих дорогами разными

Стремящихся к Свету Любви и Мечте

О мире, согласии, сказочных праздниках

О вечной любви и земной красоте.

 

Они - маяки в море фальши и холода

Плывут, отдавая любовь до конца

Не помня обид, не чувствуя голода

Примером своим зажигая сердца.

 

Их души - хрустальны,  весенние, чистые

Их руки упрямы, открыты, тверды

Их взгляды по-детски прекрасны и искренни

Их слово - Привет от далекой Звезды.

 

Они вдохновляются Светом и Знанием

И, жертвуя многим шагают вперед

И их не волнуют ни слава ни звания

Лишь только б растаял в сердцах людских лед.

 

И если увидишь такого Посланника

Ты сердце ему не боясь приоткрой

Ведь все мы приходим кто- путник, кто- странник

А как выбрать путь и не знаем порой...

 

Сомненья и страхи душу калечат

И нужен Наставник - помощник и друг

Из сотен всевозможных  одна лишь будет встреча

Которая раскрасит унылый мир вокруг.

 

Но помнить каждый должен о верности и Вере

О следствиях, причинах, что движут мир Земной

И приближаясь делом к единой главной цели

Об общем думать благе, делиться добротой.

 

Тогда объединившись мы вместе мир изменим

Наполненный Любовью - мир будет жить без слез…

И Богу, словно дети, мечты свои доверим...

А в душах наших расцветут сады прекрасных роз!

 

 

***

Если услышишь ты солнца привет

Радостью людям наполни сердца

Встречным оставь непогашенным Свет

И безоглядно иди до конца!

 

Храбро и твердо идущий на Зов

Ты под защитою Светлого дня

Больше не будет груза оков

Сила Любви не оставит тебя!

 

Преданным будь и в бесстрашии том

Слезы скорбящим рукою утри

Каждый однажды придет в Божий Дом

Тех, кто не верит ты вдохнови

 

Верой Своей милосердной души

Что неустанно мчится вперед

Звать за собой никого не спеши

Каждый когда-нибудь тоже придет

 

В свой - лишь ему предназначенный час

И склонив голову сердце отдаст....

Только за то, чтоб узнать Божий  Глас

И уже Бога в себе не предаст!

 

 

***

Златые колосья слагаются вмиг

В причудливый светлый и праведный Лик

И тот кто ступает влекомый на Зов

Печали слагает на чашу весов.

 

Слагает гордыню и слабость и боль

Себе оставляя одну только роль

Защитника Света и стажа небес.

И …вот уже Лик драгоценный Воскрес!

 

 

ЗИМА

 

Мы ждали Зиму целый год.

Она прийти к нам не спешила.

И нежным снегом у ворот

Дорожку чуть припорошила

 

И вновь растаяла как сон.

И снова слякоть и ненастье.

А Новый год? А как же он?

Без снега это же НЕ счастье?

 

Ее спросили: как же так

Забыла ты свой долг природный?

Но молча улыбалась в такт

Зима дождям неблагородным.

 

Ее мы звали, но увы,

Не внемля просьбам и упрекам

Зима взирала с высоты

Своим холодным белым оком.

 

Ее молили: Удиви!

Обрадуй серебристым платьем.

Услышала зима и …вдруг

Раскрыла снежные объятья!  

 

 

***

Если одиночество нагрянет

Думай обо мне – издалека

Мысль твоя мою к себе притянет

И вдвоем они через века

Полетят сквозь время и пространства

Преодолевая трудный путь

Утверждая верность, постоянство

И Любовь как жизненную суть. 

 

 

Матвеев Геннадий

г. Урмары, Чувашия

 

 

ЗВЕЗД ДОЖДЬ

 

Звезд дождь рассыпал изумруд, рубин –

Ночного неба праздничный салют.

Из самых дальних космоса глубин

Живые волны весточку нам шлют.

 

Природы чары, звездные дожди

Свой чудный ночью начинают бал.

Тревожной нотой тишина лежит,

Вселяя в души жгучую печаль.

 

Свет солнца утром побеждает тьму,

Уносит вдаль тревоги ночи днем.

Небесной синью васильки цветут,

Лучи надежды освещают дом.

 

С восходом солнца тьмы уходит власть,

Желая силу жизни часть украсть.

Когда придет зари чудесный час –

Рождаемся мы вновь как в первый раз.

 

 

ЕСЛИ СЕРДЦЕ ЗВОНКО ПЕЛО

 

Если сердце звонко пело –

Светлой юности года.

Мы идем по жизни смело –

Наша песня молода.  

 

Прилети, весенний ветер,

Солнце, силы не жалей.

На работе нет на свете

Нас ударней, веселей.

 

Зажигаем славу делом –

Наша песня хороша.

Если сердце звонко пело,

Значит, в радости душа.         

 

 

ПОСРЕДИ МЕЧТЫ

 

Мечты прелестны солнечной весны –

Даруют радость, унося печаль.

Не жизни грезы, не ночные сны –

Мечты зовут в безоблачную даль.

 

Возможно все в чарующих мечтах –

Рубинами усыпан звездный путь,

В глубоком небе можно полетать,

Дно океана не страшит ничуть.

 

Волшебный камень, властелин колец,

С героями встречают наравне.

Исполнятся мечты все, наконец –

Растает в сердце лед, холодный снег.

 

В реальном мире вьюги, ураган,

Пугают ливней грозные черты.

Но есть спасенье от гнетущих ран –

Оазис жизни посреди мечты.

 

 

ОТ КОЛЫБЕЛИ

 

От девочки до женщины, старухи,

От мальчика до парня, старика

Дорога жизни – небольшая кроха:

Нещадно правит времени рука.

 

От колыбели матери и счастья

До смерти лишь прыжок большой один.

Родился человек – конец назначен:

За всех решает главный господин.

 

Весна для детства, молодости лето –

Дарует юность рай земной сама.

Роняет зрелость осень красным светом,

Для старости холодная зима.

 

Равняет детство утро, полдень – юность,

А вечер зрелости готовит кнут.

Приходит ночь – в окно стучится старость:

По дням считает кто-то звездный путь.

 

 Цена высокая у жизни планка –

Болезнями, слезами платим мы.

Заплатишь больше – перестанешь плакать,

Билет получишь вечный царства тьмы.

 

В ядре Земли есть книга жизни горькой,

Где время каждому свое дано:

Родился кто и жить осталось сколько –

Судьба в той книге решена давно.

 

 

СТРАНА ПОЭЗИЯ

 

Страна Поэзия излечивает души,

Из сердца тучи ветром гонит вдаль.

Здесь даже и зимой цветут сирени-груши,

Весенним снегом тает грусть-печаль.

 

Когда стихов-поэм  серебряные строки

По струнам сердца песней зазвенят,

Исчезнут в дебрях где-то беды и пороки,

Надеждой светлой звезд огни горят.

 

В стране Поэзия не бьют снаряды, пушки –

Здесь только вечной жизни мед-бальзам.

Некрасов, Лермонтов, Есенин, гений Пушкин

 Дают нам руку, как своим друзьям.

 

В страну Поэзия всегда открыты двери,

Пути сюда не зарастут травой.

Кто побывал хоть раз, тот навсегда поверит,

Что в жизни островок есть золотой.

 

 

НЕРОЖДЕННЫЕ

 

Луг нерожденных – вечный праздник,

Царит веселье, суета,

Сияют радуги прекрасны,

Везде счастливые места.

 

У нерожденных все отлично –

Капризных, слабых нет, больных.

Горят над ними звезды-свечи,

Здесь абсолютно все равны.

 

Никто не хочет в неизвестность,

В суровый незнакомый мир.

Родиться не хотят, нечестно –

Зачем им Лондон и Каир.

 

В родильном зале кто проснется,

Его закатится звезда –

Назад он больше не вернется,

Исчезнет в дыме без следа.

 

 

ЖИТЬ, ЧТОБЫ ЖИТЬ

 

Жить, нужно жить врагам назло,

Судьбы взяв в руки злую нить,

Вращая жизни колесо

Вперед, упрямо – надо жить.

 

Чтоб дней суровых тяжкий дым

Через кровь, слезы пропустить,

Давно угасшие мечты

Зажечь вновь снова – нужно жить.

 

Чтоб бед, несчастий кружева,

Страданий ледяной гранит

По венам сердца, раны швам

Прошли жестоко – надо жить.

 

Ползти по гною жизни дна,

Измену друга не простить,

Встречать любовь весны сполна,

Поверить в счастье – нужно жить.

 

Из пепла фениксом восстать,

Очистить грязь больной души,

Вновь развести прекрасный сад,

Вздохнуть свободно – надо жить.

 

Чтоб совершить во сне полет,

Красивой дружбой дорожить,

Узнать: бывает горьким мед,

Хлеб черный сладким – нужно жить.

 

Жить, надо жить – встает рассвет,

Печаль растаяла в тиши.

Черемухи душистой цвет,

Чтоб снился вечно – нужно жить.

 

 

ВИШНЯ В ШОКОЛАДЕ

Как вишня в белом шоколаде
Моя жизнь сладкая течет.
Меня с улыбкой солнце гладит,
Прекрасный счастья полный счет.

Не утомляюсь на работе,
Всем людям нравится мой труд.
Меня проблемы не заботят,
Мой дом – хрустальный изумруд.

Как вишня в шоколадном поле,
Купаюсь в ласковой волне.
Отлично все, нет грусти-боли,
Доволен, счастлив я вполне.

 

 

Миллер Оля

пгт Васильево, Зеленодольский Район, Татарстан.

 

 

ЗАКАТ

 

Люблю! Как зарево, пожар,

Закат займется и вот- вот,

Оранжевый горячий шар

Верхушки сосен обожжет.

И медленно, как на плаву,

За горизонт, за край земли,

Уйдет, оставив синеву,

Небес густеющих в дали.

Люблю! Мне не напиться - пить,

Не надышаться никогда!

Люблю, а как мне не любить?!

Люблю тебя! Люблю всегда!

 

 

ПЕРВЫЙ СНЕГ

 

Пообещай в который раз

-В сотый,

Но будь со мною лишь сейчас,

Кто ты.

Скажи что этот первый снег

Вечен

И будет длиться целый век

Вечер.

Я в этой снежной белизне,

Хочешь,

Скажу тебе, ты нужен мне,

Очень.

И ты откроишь предо мной

Двери,

И я тебе, любимый мой,

Верю.

 

 

ЗАМОК

 

Люди строят замки из песка,

Я же свой построила из грязи!

Ведь была я в розовых очках,

Не снимала их ни в коем разе.

Но сломались вдруг мои очки,

Разлетелись розовые стекла.

Замок развалился на  куски,

Всюду грязь и всё вокруг поблекло.

Был высок, прекрасен замок мой,

Я же в нём была почти принцесса,

Но теперь в грязи копаться той,

Вам не представляет интереса.

Принц, что за меня бы жизнь отдал,

В этой сказке был, конечно, тоже.

Только он, что в грязь меня втоптал,

Оказался просто лишь прохожий.

Люди, вы не видите вблизи,

То, что вас погубит, вот досада.

Ну а я, а я лежу в грязи,

Без очков, без замка, так и надо!

 

 

ВЕСНА

 

Блаженное тепло касанья,

Глотая пьяную весну,

Мгновенье, затаив дыханье,

Я в наслаждении тону.

Мне б не поддаться притяженью,

Не отдаю себе отчет,

 Твой взгляд и каждое движенье

Меня чарует и влечет.

Пусть всё растает отдаляясь,

В прекрасном сне иль наяву,

Я в пропасть глаз твоих бросаюсь

Я улетаю в синеву.

И обжигают словно ветер

Прикосновенья губ твоих.

И я, забыв про всё на свете,

Уже теперь во власти их.

 

 

ЗИМА

 

Зима за окнами бела.

Я говорила - не простила,

Но всё- же я его ждала,

И может даже бы пустила.

Ни телефонного звонка

И ни снежка в моё окошко.

Я замерзаю на века,

Хоть до весны совсем немножко.

 

 

ЛЮБОВЬ КОШКИ К МЫШКЕ

 

Хочу чтоб ты мне стала ближе,

Поверь мне. Я тебя молю!

Нет, я тебя не ненавижу,

Напротив, я тебя люблю!

Мои приковываешь взгляды,

Ты так волнительно мила.

Постой, ну что- же ты не рада

Тому что я к тебе пришла?

Твои стремительны движенья,

И как тебя мне не любить?

Хочу к тебе прикосновенья,

С тобой единым целым быть.

Ведь я к тебе пришла с любовью,

И пусть тебя я даже съем,

Но кровь твоя моею кровью

Отныне станет насовсем.

Боишься ты меня, глупышка,

Со всей душой и хищным ртом,

Так говорила кошка мышке

И сожрала её потом.

 

 

ВСТРЕЧА

 

Хоть было всё ложью, быть может,

Порывом обманчивых чувств,

Пусть память останется всё же

Красивей и лучше чуть- чуть.

Хочу, чтоб ты с нежностью вспомнил

Те несколько дней января.

Как жаль, что меня ты не понял,

А я не поверила зря.

Пусть ложь или правда - не ясно,

Прекрасным запомниться сном

Любви, что зажглась и погасла

Хотя бы мгновенье одно.

 

 

Полежаева Людмила

г. Новосибирск

 

 

ПОСЛЕДНЕЕ СВИДАНИЕ

 

Абстрактность восприятия. Час ранний.

Рассвет. В окне заря горит.

Всё так же дразнит и, волнуя, манит

Твой профиль и надменный вид.

 

Твой силуэт на авансцене будто,

И декорацией – заря.

Из роли – но какой? – слова все спутал.

Со мной прощаешься, коря?!

 

Любуюсь дорогим Прокрустом «мудрым»[1],

За всё в душе благодаря.

С тобой и это праздничное утро,

И годы прожиты не зря.

 

Щемящее последнее свиданье.

Иллюзией – любовь твоя,

И острой го́речи ещё незнанье,

Покой и радость бытия.

 

 

АПРЕЛЬ

 

С крыш капли, как слезы, продрогший апрель,

Простудой измученный, – насморк и кашель –

Остатки сугробов и ржавую прель

Листвы прошлогодней замешивал в кашу.

 

Брёл, горбясь, апрель. В серой арке сквозняк.

Промозглость, ручьи и глубокие лужи.

Промочены ноги. Барьер из коряг –

Промашка. Здесь водоотвод в тальвег нужен.

 

Холодные воды направил он в сток.

Средь мокряди старый подмоченный тополь,

Набухший и ноющий голеностоп

Изводит беднягу, измучен потопом.

 

Работы полно́: обсушить и спасти

Деревьев сырых оголённые корни,

Скопленье потоков скорей отвести

Воды прибывающей и непокорной.

 

Трудился, из сил выбиваясь, слабел

Апрель-работяга. Сюрпризы природы

Несладки, не справиться с уймою дел.

Пришла, видно, сжалясь, на помощь погода.

 

Слепящая яркость весеннего дня

Явилась на смену смурно́му ненастью.

Активное солнце старалось обнять

Всю землю, избавить от талой напасти.

 

В короткие сроки целебным теплом

Деревья обсушены и обогреты,

Наряд файдешиновый, травка кругом.

Напитана зелень энергией света.

 

Цирюльник-зима обкорнала кусты

Под бобрик рукой, ледяной и корявой,

Листочки теперь и в бутонах цветы,

Особенный шик в шевелюрах кудрявых.

 

Чивиканье, щёлканье, щебет и трель,

Солирует радостный высвист фальцетом.

И греется с тополем вместе апрель,

В обнимку заслушались птичьим концертом.

 

 

***

Сцена. И ты в мерклом свете

Тихо читал рубаи.

Ловко расставлены сети –

Руки и губы твои.

 

Как же они дотянулись?

Шеи касались и плеч.

Омута во́ды сомкнулись –

Чувственной стройности речь.

 

Музыка и эвфония,

Красноречивость стиха

Жгла. Может, чувства иные

Вспыхнули? К ним я глуха?

 

«Не влюблена ли, случайно?» –

Выплыл вопрос, теребя

Сердце тревогою тайной.

…Бредни гоню от себя.

 

Сопротивляюсь упрямо –

Мысль как заслон принята:

Просто Омара Хайяма

Ты, как вития, читал.

 

 

***

На шкатулке состарилась, в патине,

Медь застёжки и в трещинках лак.

Берегу талисман знаменательный –

Первой искренней нежности знак.

 

А в шкатулке предметы неброские,

Драгоценного в ней на пятак:

Бижутерия, брошка стрекозкою –

Для кого-то стекляшка, пустяк.

 

Твой подарок – по сердцу прочерченный

След – флюиды живого тепла.

И другая стезя мне намечена

Изначально судьбою была.

 

…Бутафорское счастье (для вида лишь

Как идиллия) не оживить.

Мне чужое пальто в спешке выдали

В гардеробе театра любви.

 

Светлый тон, опасаюсь, измажется,

Жмёт в груди, неудобно, мало.

Открываю шкатулку, и кажется

Бриллиантом простое стекло.

 

 

ЗАБРОШЕННЫЙ ПРУД

 

Старше века заброшенный пруд.

Он не чищен давно, не ухожен.

Знал когда-то заботу. И труд

Был немалый хозяином вложен.

 

Застоявшейся, затхлой воды

Ощутимо дыханье. Из фетра

Камышиных головок ряды,

Стебли длинные шепчутся с ветром.

 

Лист колючий, корзинки цветков

Розовато-лиловых – татарник

В изобилье зубчатых штыков.

И густой, непролазный кустарник.

 

Опустили деревья до пят

Длиннорукие тонкие ветки,

Листья светом с изнанки блестят,

Перламутрово-матовым, редким.

 

Пруд зацвел. Тихо ветки ракит

Шевелят изумрудную ряску.

Зелень мокрая блесткой искрит:

Заиграли всей радуги краски.

 

Будто мне побывать довелось

В веке канувшем…В эти минуты

Горево́е по сердцу прошлось.

Старый пруд, он был нужен кому-то…

 

[1] Прокруст – легендарный греческий разбойник, отрубавший или вытягивающий ноги жертвам по длине своего ложа. «Прокрустово ложе» в переносном значении – мерка, под которую насильственно подгоняется что-то.

 

 

Потапова Тамара 

г.  Москва

 

 

ЗАКОЛКА

 

Человеку дана от природы прекрасная память,
и подносит сюрпризы она, когда вовсе не ждёшь,
вспоминается то, что хранилось под спудом годами,
и по нынешним чувствам предательски катится дрожь. 


Я недавно была с моей внучкой в большом зоопарке,
целый день проводить возле клеток малышке не лень,
обошли всех зверей, а денёк тогда выдался жаркий,
но застыла она у вольера, где бегал олень.

Тот красавец с роскошными, будто из сказки, рогами,
величавую голову с царским достоинством нёс…
И припомнилась вдруг мне картинка с оленем другая,
где любовь расцветала в саду упоительных грёз.

Были молоды мы, не мешала дождливая осень,
наши пылкие чувства стояли превыше всего,
подарил мне любимый однажды заколку на косы,
и подарок не куплен, а сделан руками его.

Ту заколку вытачивал сам он из медной пластинки,
как искусно был выбит олень на заколочке той!
Я хвалилась подружкам, гордилась изящной картинкой,
дорожила подарком, как - будто он был золотой…

Внучкин взгляд, как и мой, был к оленю-красавцу прикован,
когда вспомнилось всё, захотелось мне внучке сказать:
«Я желаю, чтоб в жизни твоей было много такого,
что сердечко до старости будет с теплом вспоминать!».

 

 

СИРЕНЬ

 

Клонится к вечеру
солнцем расцвеченный
прожитый день.

Запахом свежести,
сладостной нежностью
манит сирень.

Очарованием
в звёздном мерцании
дышат цветы.

С пышными ветками
чувства ответные
даришь мне ты.

 

 

СЧАСТЛИВАЯ

 

Я в счастье, словно в платье, наряжаюсь,
царевной перед зеркалом верчусь,
сияньем глаз, улыбкой отражаюсь,
всей гаммою раскрепощённых чувств.

Тебя мне жизнь преподнесла в подарок,
за что такое счастье, не пойму,
но мир теперь так несказанно ярок,
благодаря тебе лишь одному!

 

 

МОТОЦИКЛ

 

Мотоцикл вперёд рванулся
и помчался мимо зданий,
а за ним вдруг потянулся
шлейф моих воспоминаний…

 

В ранней юности привыкла
с парнем строго обращаться,
как - то раз на мотоцикле
предложил он покататься.

Я сначала согласилась,
но слегка заволновалась:
он сказал мне, чтоб садилась,
за него сильней держалась.

Это, что же, обниматься?
Не подумаю я даже!
Согласилась покататься -
пусть за то «спасибо» скажет!

Села сзади осторожно,
с расстояньем примостилась,
но взревел мотор тревожно,
сердце в пятки укатилось!

Я вцепилась, словно кошка,
он кричит: «Прижмись сильнее!",
мчит быстрее, как нарочно,
я ж от страха цепенею.

«Это слишком быстро, всё же,
я могу не удержаться!»,
а в ответ одно и то же:
«Крепче надо прижиматься!».

А когда остановились,
и на землю я шагнула,
ноги сразу подкосились,
я сама к нему прильнула.

Улыбнувшись, поддержал он,
распахнул свои объятья…
А ведь раньше я не знала,
что таким бывает счастье!

 

 

ВАЛЕНКИ

 

Меняется  мода, за  ней  не  угнаться,
на  валенки  спрос  появился  большой,
от  выбора  стали  глаза  разбегаться:
украшены  вышивкой,  мехом, тесьмой.

А  раньше  в  деревне  всегда  в  них  ходили,
теплее  обувки  никак  не  найти!
Мне  в  юности,  помню,  сапожки  купили,
я  в  них  поспешила  на  танцы  пойти.

Весь  вечер  без  устали  я  танцевала,
и  парень  любимый  пошёл  провожать,
морозец  кусался,  а  сердце  пылало,
но  ноги  мои  стали  вдруг  замерзать.

Дошли  мы  до  дома,  я  маме  сказала,
что  с  танцев  сегодня  пришла  не  одна,
а  мама  на  валенки  мне  указала:
«Обуйтесь,  хоть  сердце  вам  греет  весна».

Смущаясь, парнишка  взял  валенки  папы,
я  в  мамины  валенки  влезла  скорей,
с  сапожек  моих  таял  снег,  будто  плакал,
простить  не  хотел  он  измены  моей.

На  небе  полуночном  звёзды  дрожали,
луну  украшал  ореолом  мороз,
а  снег  шёл  волшебный: когда  целовались,
он  падал  на  нас  лепесточками  роз.

 

 

КУКЛА

 

День был долгожданный: ВОСЕМНАДЦАТЬ  ЛЕТ!
Для гостей желанных – праздничный обед,
стол накрыт в террасе, хлопоты, жара,
ощущенье счастья с самого утра.

Тосты и подарки, музыка, цветы,
чей–то шёпот жаркий, смелые мечты…
Унеслось на крыльях детство, не догнать!
На прощанье - кукла, что могла шагать.

А была похожа кукла на того,
кто покой тревожил сердца моего,
выбор не случайный сделали друзья,
разгадавши тайну, что хранила я.

«Куклу ставь на ножки, за руку возьми,
прямо по дорожке вместе с ней шагни,-
мне друзья пророчат, искренне любя,-
пусть такая ж дочка будет у тебя!».

Серенькие глазки, пуговичкой нос,
на кого похожа - больше не вопрос!
Как судьба сложилась, это мой секрет,
куклу я хранила много-много лет.

День рожденья летом праздную я вновь,
памятью согрета давняя любовь.
За подарок лучший дочь благодарю:
я вожу за ручку внученьку мою!

Серенькие глазки, пуговичкой нос,
на кого похожа - даже не вопрос!

 

 

НЕ ПЕЧАЛЬСЯ

 

Не печалься, милый, что уеду,
мне расстаться тоже очень жаль,
наша жизнь сродни велосипеду:
мчит вперёд, покуда жмёшь педаль.

Буду помнить белые ромашки
и зарницы всполох огневой,
и о том, как в складочках рубашки
заблудился цветик полевой.

Нам лукаво месяц улыбался,
и мигали звёзды с высоты,
а в глазах огонь любви метался,
отражая смелые мечты.

Я, для всех считаясь недотрогой,
в дом вошла, как начало светать,
босоножки скинув у порога,
улыбаясь, бросилась в кровать.

Просто ты сегодня, мой хороший,
мне нежданно счастье подарил,
и вернул любовь из жизни прошлой,
чтобы дальше жить хватало сил.

 

 

РЯБИНА

 

Она в косыночке багряной,
в зелёном платье кружевном,
с почти девичьим тонким станом,
грустит, склонившись под окном.

Налились кисти алым соком,
во всей красе стоит она,
но оттого, что одинока,
рябина горечи полна.

Горят рубиновые гроздья
в румяных отблесках зари,
но вот пожаловали в гости
зимой однажды снегири.

И принялись за угощенье,
хозяйку все благодарят,
и поднялось тут настроенье,
и заиграл потухший взгляд!

Что доставляет в жизни радость?
Быть нужной, кем-то дорожить,
чтоб превращалась горечь в сладость
и так хотелось дальше жить!

 

 

МАСЛЕНИЧНЫЕ БЛИНЫ

 

Есть в России обычай такой:
Веселиться, прощаясь с зимой.
Мчатся тройки, гуляет народ,
Всех весёлый кружит  хоровод.

И повсюду пекутся блины -
Символ солнца, начала весны.
Я сама не присела с утра,
Гору вкусных блинов испекла.

Для родных хлопотала с душой:
Дочка с джемом поест, зять - с икрой,
Муж сметанки побольше возьмёт,
А сестричке понравится мёд.

Тут подружка случайно зашла,
Про здоровье узнать, про дела,
Предложила ей скушать блинок,
Так она их умяла пяток!

Рядом с нами старушка живёт,
Год с постели уже не встаёт,
Отнесла я блиночков с икрой,
Подняла ей душевный настрой.

И сосед в этот день заглянул,
Вкусный запах его притянул,
Угостила душистым блином,
Поднесла даже рюмку с вином.

А у ног искрутился мой кот,
Он сметанку давно уже ждёт,
Кто ж накормит его, как не я?
Хоть и зверь он, но мы же семья!

А когда муж с работы пришёл,
Только блинчик один и нашел,
Поглядел он с тоской на кота:
Гладок тот от усов до хвоста.

"Виновата, прости, милый друг,
Разошлись все блины как-то вдруг!
Я ещё напеку, не сердись,
Отдохни-ка, родной мой, ложись".

Муж словами мне душу согрел:
«Блин невкусный никто бы не ел!
Доброту же я знаю твою,
Вот за это тебя и люблю!».

 

 

Селиванова Татьяна

г. Томск

 

 

***

Как была холодна душа

И бесцветны слова и улыбка,

А на веточке - зыбко-зыбко,

Невесомо, почти чуть дыша,

 

Трепетала и пела птаха…

Как июньская ночь хороша!

Будто время течет не спеша

Без обиды, без боли, без страха.

 

А в глаза посмотреть – как на плаху,

А в глаза посмотреть – будто льдом,

Обжигающим душу холодом

Под расстегнутую рубаху!

 

Как смела безнадежность природы,

Откровенность смыслов и чувства,

А на веточке… - Вы о погоде?

Ах, не нужно! Все скучно и пусто.

 

 

***

Я на ступенечках крыльца

Пристроюсь летней ночью.

Любовь – кольцо, а у кольца

Не отыскать замочка.

 

Пьянит цветочный аромат,

И манит, и тревожит.

Любовь – кольцо, а для меня

Она – всего дороже.

 

Ромашку глупую сорву,

Повесит лепесточки.

Я загадаю на судьбу,

А про любовь – ни строчки.

 

И я тебе не расскажу

Про ночь и ту ромашку,

Ты до калитки провожал

Мою подружку – Машку.

 

 

ДРУГУ

 

Никуда не тороплюсь – спешу,

Никого не жду, но дверь – открыта.

Новый стих в тетрадь перепишу:

Ах, какая строчка в нем забыта!

 

Пусть все звуки будут в унисон

Радости моей или печали.

Не приносит долго почтальон

Твоего письма – не отвечаешь.

 

Никого не жду, но у души

Вечная надежда на свиданье.

Напиши, хоть строчку напиши.

В ожиданье есть очарованье!

 

Радостью весенний день наполни,

Ты былых обид не вороши…

Ах, какое горе у души:

Друг мой обещанья не исполнил!

 

 

***

Осыпается осень к ногам,

Опадают уставшие листья,

На рябинах тяжелые кисти

Багровеют, как кровь, к холодам.

 

И трепещут березки нагие,

Сбросив бабий, потухший наряд,

И опять золотой листопад

Укрывает их ноги босые.

 

Зелень лета растаяла в дымке,

Как туман за притихшей рекой.

Исчезают под теплой рукой

Серебристые тонкие льдинки.

 

Листопад, листопад, листопад…

Стынет небо, умывшись слезами,

И тревожит недобрыми снами,

И зовет оглянуться назад.

 

 

***

Тает вечер в сиянии свеч,

И печалятся капельки воска,

И волной золотой до плеч

Рассыпаются волосы броско.

Прошуршат зеркалам шелка:

«Колдовской красотой поражая,

Восхитительна и легка

Королева забытого мая…»

Королева забытых снов,

Несуразных поступков, я знаю:

Бесполезна напыщенность слов,

Я тебя все равно потеряю.

Королева – мираж, обман…

Вновь заныла душа шальная –

Это мой королевский стан

Ты сжимаешь в руках, рыдая.

 

 

***

Вновь скрипки пели,

               саксофон грустил

И оплывали свечи

На этот вечер,

               на весь мир,

На худенькие плечи.

А юный лоб

                печаль хранил,

И не разжать уста…

Ах, как прекрасен

                этот мир,

Но как душа пуста!

 

 

***

Ну что за беда?

Все на прежних местах,

Не рушится мир хрупкий.

На тонких страницах,

На белых листах

Лежат уставшие руки.

Изгиб нежных губ,

Головы поворот,

Вечернего платья шелк…

Обида

Прозрачной слезой упадет

На тонкий белый листок.

 

 

***

Притулилась беда на приступочке,

Затянула про жизнь никчемную.

Отчего ж тебе все тоскуется

Ни о чем, моя грусть неуемная?

 

О родных вспоминаешь – маешься,

О друзьях – все прошло, как легкий сон,

О любимых – всплакнешь и каешься

Все не в лад да не в унисон.

 

Ты по людям чужим мыкалась,

Все тепло искала да ласковых.

Пообтерлась потом, пообвыклась.

Жизнь сложилась нелегкой сказкой.

 

Притулилась беда на приступочке,

Как зашлась душа горемычная!

Я – девчонка в короткой юбочке,

Деревенская, не столичная.

 

 

Сергеева Татьяна

г. Белореченск

 

 

СЛЕЗИНКА

 

О тебе слезинка плачет

на моей щеке.

На исходе дня иначе

и закат в реке

 

Отражает свет печали

монастырских стен,

Где в молитве прозвучали

мысли в тишине:

 

О любви совсем некстати

в днях судьбы мирской,

И о бывшей благодати –

в ней рассвет земной.

 

И простит ли миг безумства 

мне Всевышний мой:

«Ты, прощать не обязуйся

взгляд людей иной».

 

И печали мимолётность

ветерок познал,

И забыл свою он лёгкость

у речных зеркал…

 

О тебе слезинка плачет

на моей щеке...

Отраженье ивы прячет

ночь в своей руке.

 

 

ОСЕННИЙ  ЛИСТ

 

Моя душа в твоих ладонях –

осенний лист.

Согреет жизни миг тихонько –

он явью чист.

 

Не омрачат тебя тревоги –

нет боли, зла.

А впереди мои дороги,

как два крыла.

 

Мечтаю только об одном:

«Сожми ладонь».

Колокола там за окном

поют: «Динь, дон».

 

И вторит ветер невпопад:

« А где же новь»?

И шепчет осень у лампад:

« Твоя любовь»…

 

 

***

Моё присутствие так зримо

Узнаешь ты в строке стиха…

И небо звёздное любимо

И ночь сегодня так тиха.

 

Лучом звезды к тебе коснуться

Позволила моя душа,

И с Божьей помощью вернуться

В рассвет к дорогам бытия.

 

И птичий щебет, пробуждая,

Напомнит явно обо мне.

Душа моя, в ночи блуждая,

Была с тобой наедине.

 

 

***

Между нами просто время,

тихий шум дождя.

Слово жизни мне не бремя

Вдаль меня зовя.

 

День опять оно затронет -

смех мой или грех…

И твоя улыбка тронет

ветер для потех.

 

Я иду тебе навстречу

множеством дорог,

Если я тебя не встречу,

где судьбы итог?

 

О себе ли ворожила?

- тайну не узнать.

Солнце капельки сушило,

время не понять.

 

 

***

Незримая ниточка – жизнь

сшивает ошибки. Как быть?

Да просто, наверное, жить,

на день или ночь опершись.

В стебельчатом шве узелок

позволит любовь сохранить.

Прошу у Всевышнего нить

и образ несу в уголок.

Рассвету в тот миг всё равно.

Все мысли мои о тебе,

и ниточка шьёт по судьбе

стебельчатым швом так давно.

 

 

Трещев Евгений

г. Щёкино, Тульской обл.

 

 

ВЕЧЕР

 

Приходит вечер тихо-тихо.

Садится солнце в облака.

Зарницей загорелось небо,

И наплывает темнота.

 

Отсветы алые на речке

Скользят, теряясь в глубине.

А от кустов и от деревьев

Поплыли тени по воде.

 

Звезда зажглась в лучах заката,

Дрожит, мигает свысока.

Исчезли тени и на землю

Спустилась с поднебесья мгла.

 

 

МОРОШКА

 

В тайге, случится если быть,

Под ноги посмотри.

Увидишь ты, среди травы

Краснеют огоньки.

 

То там, то здесь они блеснут

И просятся в лукошко.

Раздвинешь низкую траву,

Гляди, растет морошка.

 

В объятиях вечной мерзлоты

И севера дыхания

Она взошла на льду,

Росла, достигла созревания.

 

Со стебелька ее сорви

И потихоньку раскуси.

Запомни сока кислоту,

А с ним осеннюю тайгу.

 

 

СОЛНЕЧНЫЙ ПОТОК

 

Туман стоит стеною белой.

Затихло все в белесой мгле.

Деревья, нежась молчаливо,

Едва темнеют в белизне.

 

Вот, ветерок слегка повеял,

Очистив неба лоскуток.

И сверху золотом лучистым

Ударил солнечный поток.

 

Последние клочки тумана

Редеют в солнечных лучах

И, извиваясь, исчезают,

Сбиваясь в тучку в небесах.

 

 

НА ЗАЧАРОВАННОЙ ПОЛЯНКЕ

 

На полянке лесной

Разнотравья узоры.

И дубы-колдуны

Здесь ведут разговоры.

 

Солнце скрылось на миг.

Тень на землю упала.

Ветерок прошуршал,

И умолк, затихая.

 

Лазурь неба опять

Вся пронизана светом.

Одари, чародей,

Меня добрым советом.

 

 А в ложбинке родник

Весь искрился, сверкая.

Струя падала вниз,

В тростниках исчезая.

 

 

СВЕТ И ТЕНИ

 

Ночь. Костер. Чудесная картина:

Отраженье пламени в дыму

То дрожало, то, как будто, замирало

Упираясь светом в темноту.

 

Необъятно высоко чернело небо.

Запахи струились из ночи.

В тишине, отбрасывая тени,

Лишь трещат, сгорая, угольки.

 

Пламя, вспыхивая, изредка бросало

Отблески за черную черту:

Лучики мгновенно исчезали,

Пробежав по пышному кусту.

 

Тени тоже в призрачном смятении

Двигались до самых огоньков.

И, сгущаясь, мрак сражал с  светом.

Наступая, зыбясь, от кустов.

 

 

ЛЕСНЫЕ НАПЕВЫ

 

Дул ветер с юга двое суток.

Летел, устав, издалека.

И, иссушив росу на травах,

Пришли жара и духота.

 

Под ветром шелестели листья,

Шумели заросли осин.

И я, заслушавшись кукушку,

Стоял под ясенем один.

 

Вокруг в цветах гудели пчелы.

Жужжали пыльные шмели.

Сочился запах бражный, терпкий

От падшей осенью листвы.

 

Лес жил в многоголосье звука,

В игре теней, в кипенье дня.

И в череде воспоминаний

Вернулась молодость моя.

 

 

НА ПРИРОДЕ

 

Вокруг березки, как в хороводе,

Шаг из машины – мы на природе.

Жасмин цветущий благоухает,

И запах сладкий пьянит, дурманит.

 

Трава густая росой искрится,

Над ней пичуга пищит, резвится.

Сидим с друзьями: в стаканах водка,

И песня льется, лиха и звонка.

 

Уха готова, шашлык дымится,

Румянит водка ребятам лица,

Вокруг березки, как в хороводе,

Гуляем лихо мы на природе.

 

 

НА ТАЕЖНОЙ РЕКЕ

 

Кругом бескрайная тайга:

То изумруд! То бирюза!

На много дней пути леса,

Болота, реки, мошкара.

 

Среди лесов течет Ухта,

А в ней кристальная вода.

Я отплываю. И опять

Уходят берега назад.

 

На них стеной, за рядом ряд,

Как в сказке, сосенки стоят:

С янтарно-чистою корой,

Скрипт, шумят над головой.

 

Стрекозы над водой порхают,

Присев на ветку, замирают.

 

 

ПЕСНЯ

 

Ночь. Поляна. Дымок костра…

Песня нежная к небу льется,

Вместе с нею поют сердца,

И любовь на свободу рвется.

 

В сером небе горит звезда,

Между тучек блестит, мигает,

Вьется легкий дымок костра,

К звездам тянется, улетает.

 

Слышишь, тихо журчит река,

Дунул ветер. Опять стихает.

Как звенит серебром струна!

Тронет душу и замолкает.

 

На палатках игра теней,

Лес тихонько нам подпевает,

Песня льется сильней, мощней,

К сердцу тянется, зажигает.

 

Ночь. Поляна. Дымок костра.

Песня нежная к звездам вьется.

В одном ритме стучат сердца,

И любовь на свободу рвется.

 

 

Уваров Анатолий

г. Москва

 

 

СТИХИЯ

 

Разбушевалась вдруг стихия:

Гудит воздушный океан,

Нависли тучи грозовые,

Грохочет гром и тут, и там.

 

Тревожный сумрак рассекая,

Повсюду молнии блестят,

Потоки, на землю спадая,

Сердито плещут и шумят.

 

По всей истерзанной долине

Лавина мутная течёт,

А, низвергаясь, грозный ливень

Ещё сильней её сечёт.

 

Казалось, страшное и злое

С небес на землю снизошло

И, сокрушая всё земное,

Победным шествием пошло.

 

В своём безудержном разбое

Перун не ведает границ,

Пред ним – живое, неживое –

Поникло всё и пало ниц…

 

И только я, расправив плечи,

Стою с открытой головой –

Благословляю эту встречу

Между Перуном и Землёй!

 

Но не затем, что жажду смерти,

Нет-нет, как раз наоборот,

Я знаю, в этой круговерти

Лишь одряхлевшее умрёт

 

И унесённое водою

Ненужным хламом сгинет вон!

Земля же – станет молодою

И просветлеет небосклон,

 

И защебечут снова птицы,

И зацветут опять поля:

Похорошеет, обновится

И подобреет мать-земля,

 

И подобреют снова люди,

И подобрею с ними я:

Всем хорошо под солнцем будет

И радость каждому – своя!

 

 

ТУЧА

 

Что ты хмуришься, туча чёрная,

Что грустишь, хандришь, печалишься,

На округу смотришь Вороном,

Тенью траурною надвигаешься?

 

Почему твои кудри-локоны

Словно змеи ползучие свилися,

Растрепались седыми волокнами,

Тяжело над землёй опустилися?

 

Почему заслонила ты солнышко,

Чем оно тебе так не понравилось,

Мечешь громы и молнии в полюшко,

Рассердилась на всех, разбуянилась?

 

Ничего не сказала косматая,

На вопросы мои не ответила,

Лишь сильней загремела раскатами,

Да в село стрелы-молнии метила.

 

Обернула село мокрым пологом,

Поглотила в бушующей темени, 

Протащилась по улице волоком

И ушла, разрешившись от бремени…

 

Расставался я с тучей в волнении

И с подспудной душевной тревогою…

Но в одном утвердился я мнении,

Что явление это – Богово,

 

Что оно очистительной силою

Изгоняет с земли только старое,

Оставляя на ней всё красивое,

Молодое, здоровое, правое!

 

 

ГРАЧИ

 

Затихла роща – нет птичьих песен,

Не слышно гомона грачей,   

Округа стала угрюмой, тесной -

И для меня, и для людей.

 

Весной грачи пропали где-то,

Был прерван кем-то их птичий путь,

Осталась песня недопетой

И мне её нельзя вернуть.

 

Ещё одно звено порвали –

Ещё слабее стала нить.

Ещё один цветок сорвали –

Ещё грустнее стало жить.

 

А было время: птичьим граем

Гудела роща весенним днём,

А в сердце радость была неземная –

Любовь и счастье жили в нём.

 

Что может быть весны чудесней,

Светлее солнца, что может быть?!

Сродни им – песня, и без песни,

Как и без солнца, не прожить.

 

Но песни нет. Тиха округа.

Печален и безмолвен лес,

Он словно скован тесным кругом –

В нём скорбь земли и грусть небес.

 

Ужель вот так, грачиной стаей,

С земли исчезнет красота

И белым облачком растает

Людская наша доброта?

 

Ужель родимая сторонка –

Долины, рощи и поля –

Лишатся песни жаворонка

И не услышат соловья?

 

Ужель природы равновесие

Нарушил наш железный век?

Ужель останется без песен,

Тому виновный - Человек?

 

 

СМЕРТЬ СОБАКИ

 

Она разбудила всех на рассвете

Пронзительным визгом и хриплым лаем,

Она умирала, как всё на свете

В конце пути своего умирает…

 

Но смерть не бывает однообразной,

В ней множество всяких таится причин:

Один от болезни умирает заразной,

Другой от старости ветхой почил.

 

Она ж умирала на глади асфальтной

В расцвете здоровых собачьих сил:

Пред нею возник вдруг скалою базальтной

Стремительный «Форд» и её задавил.

 

Крутясь от сжигающей боли юлою,

Померкнул над нею малиновый свет… 

А «Форд», без задержки, умчался стрелою,

Оставив кровавый, виляющий след.

 

Я видел с балкона трагедию эту

И выбежал, чтобы собачке помочь,

Но я был бессилен вернуть её к свету –

В глазах у бедняги была уже ночь.

 

От горя и злобы свело мои скулы

И руки, от стресса, стали дрожать:

Хотелось и «Форд», и человека - акулу

 Скорее догнать, задержать, наказать!

 

Но тщетными были мой гнев и желанья –

Убийца в тумане исчез, словно зверь.

Остался преступник без наказанья –

Его не найдёшь, не поймаешь теперь…

 

Всё ярче и ярче заря разгоралась,

Рядился в кумач караван облаков…

Но скорбная тяжесть в душе оставалась,

Сжималась в проклятье моих кулаков!

 

Зачем ты, Природа, нам жизнь посылая,

Обратно безумно её же берёшь?

Неужто различия ада и рая

За тысячи лет ты никак не поймёшь?

 

Зачем ты одним посылаешь страданье,

Другим – расточаешь вовсю торжество?

Где истина, равенство, состраданье

И где, наконец, твоё Божество?!

 

Зачем неразумно, без всякой причины,

Швырнула под «Форд» ты невинную тварь?!

Мне больно, мне стыдно за эту кончину,

Мне очень собачку погибшую жаль.

 

 

У МОРЯ

 

Как разыгралось Чёрное море!

Как атакует скалы прибой!

То ли на радость, то ли на горе

Я повстречался, море, с тобой?

 

Я стою в шоке, смятения полный –

Вижу я море в первый раз,

Его голубые тревожные волны

Душу мою заливают сейчас.

 

Я, как и море, в великом волнении:

Спёрто дыханье, но светится взор,

Я – в напряжении и полон стремления

Птицей лететь в безграничный простор!

 

Но ликование вкупе с тревогой:

Кто и зачем сотворил этот мир?

Не здесь ли чертоги Всемогущего Бога?
Не здесь ли пирует кровожадный Вампир?

 

И небо, и волны в сиянии света,

Лишь глубь роковая чернотою полна…

Зачем нас влечёт преисподняя эта,

Ведь столько людей поглотила она?!

 

Мне кажется, что утешенья не знает

Рокочущий, пенистый, злобный прибой,

Он, то отступает, то снова бросает

Разъярённые волны в бессмысленный бой.

 

Мне кажется, море чего-то всё ищет,

Куда-то стремится, кого-то зовёт,

Как пойманный зверь в своей клетке, без пищи,

Свой выход на волю никак не найдёт.

 

Преградами морю – Кавказские горы,

Гранитные скалы, как стражи стоят, 

Они неподвижны, с прибоем не спорят,

Но прихотям волн уступать не хотят.

 

Как пёс на цепи в неистовой злобе

Рвётся на волю голодный прибой,

Он требует жертв ненасытной утробе…

И уж не меня ли утащит с собой?

 

 

ЖИЗНЬ

 

1     

Жизнь разнообразна и этим интересна:

Она несёт нас всех стремительно вперёд,

Она -  неисчерпаемая космическая бездна,

Она - и солнце, и холодный лёд.

 

В ней много так всего накручено, намешено,

Что мир её с калейдоскопом схож

И в то же время - всё выверено, взвешено,

И не поймёшь, где правда, а где ложь.

 

И день, и ночь калейдоскопы вертятся –

И их орнаменты никто не повторит,

И всё от этого, то радуется, то сердится,

То действует активно, а то спит.

 

Ей нет преград и нет в ней стопора,

Ни постоянного, ни временного в ней нет:

Она – комедия, трагедия, роман и опера,

И каждый в ней по-своему согрет.

 

Кому то жизнь счастливо улыбается:

Богатства, радости, величия дарит,

А кто-то от рожденья мучается, мается,

Болеет, тонет, падает, горит.

 

И нет ни мудреца, ни доктора, ни мастера,

Кто б упорядочил весь этот беспредел

И полностью, цветным фломастером,

Картину жизни нарисовать сумел.

 

А все оракулы, пророки, гении

Нам высокопарную готовят ложь,

Ни истины, ни правды, ни грана объяснения

В их «учении», как ни старайся, не найдёшь!

 

2

Жизнь соткана из множества мгновений,

И смысл её хранится в них,

Она проста, проста до удивления,

И существует только для двоих:

 

Для женщины и для мужчины,

(для диких - самки и самца),

И сомневаться в этом нет причины,

А если есть, то для глупца.

 

3

Жизнь, как скоротечный бой –

Один бросок, одно стремленье

Водрузить над высотой

Победный флаг сраженья.

 

Недолговечен жизни взлёт

И краток миг свершенья:

Утихнет бой – флаг упадёт

И ляжет в обрамленье…

 

4

Жизнь наша – чудо, диво,

Альтернатива пустоте:

Как всё прекрасно и красиво

На нашей матушке-земле!

 

5

Жизнь, как весенний поток,

Как широкий разлив половодья,

Всё выверено в ней, всё в срок

Рождается, живёт и уходит.

 

6

Радуйся свету жизни,

Заранее не подводи итог,

Не говори о скорой тризне –

Цепляйся за последний вздох!

 

 

Черкашина Вера

г. Самара

 

 

КОРАБЛЬ ЛЮБВИ ИЗМЕНИЛ СТАРЫЙ КУРС

 

Наверное, это было не с нами:

Корабль любви изменил старый курс,

Его ожидало большое цунами,

Жизнь потеряла весь прелести вкус.

Внутри одиноко, но сердце пылает,

Ему не хватает полета для чувств.

Лишь о тебе оно и мечтает,

Способно на множество разных безумств.

Иду под дождем, и былое стекает.

Капельки грусти смывают следы.

Лужи воды небеса отражают,

В них отражаешься где-то и ты.

Тебя я не знаю, но знаю, что скоро

Увижу твой образ я наяву.

Может, не ясным ты будешь для взора,

По притяженью я сразу пойму.

Тебя обниму и прижмусь очень крепко,

Так крепко, что буря не сможет разбить -

Разбить нашу чашу, и пусть будет терпко,

Но будем друг друга мы вечно любить.

За руль корабля с парусами мы встанем,

И ветер поможет найти верный курс.

Судьбе мы препятствовать больше не станем,

Испробуем к жизни мы истинный вкус.

Твою теплоту ощущаю всей силой.

Душа затерялась где-то в раю.

Я таю в объятиях с тобою как иней,

Рыдаю от счастья и песню пою.

 

 

 

Проза

 

 

 

* Коллапс экономики и культ смерти как критерии нашей жизни * Пакт глобального Мира * Смена парадигмы жизни – обязательное условие выхода человечества из мирового кризиса  * Что такое критерий

10.11.2016

© Мирошниченко Г.Г.